Одетый и чистый, я покинул ванную комнату и, подойдя к кровати, сел на край.

Ждать или не ждать? Вот в чём вопрос.

Да к чёрту!

Почему бы не попробовать сбежать? Может, портал домой найду. Это ж Ад! Тут всё возможно!

Дверь оказалась не заперта, поэтому я осторожно вышел наружу и посмотрел по сторонам. Передо мной тянулся длинный коридор, такой же тёмный, как и комната, пока я не включил свет. Однако в одном конце виднелось что-то светлое, словно выход. А может, и портал.

Я так сильно хотел вернуться домой, что не стал ни о чём думать и просто побежал вперёд, навстречу свету в конце тоннеля. Точнее, в конце коридора. Пока бежал, постоянно оглядывался, не несётся ли кто-нибудь следом. Но как бы быстро я ни двигался, этот свет всё равно оставался далеко впереди.

Тогда я остановился и перевёл дыхание.

Справа обнаружился поворот.

Я рванул туда и почти сразу упёрся в дверь. Не раздумывая, открыл её и увидел ту же самую комнату, в которой пришёл в себя.

Чертовщина какая-то!

Развернувшись, я снова выбежал в уже знакомый коридор. Пробежав ещё немного, свернул налево. Потом ещё два поворота — и опять дверь.

Стоит ли говорить, что за ней меня ждала всё та же комната?

Да почему тут всё как в дешёвом хорроре?!

Куда ни сунься — всегда приходишь в одно и то же место!

Не знаю, какая по счёту, но очередная попытка найти выход хоть куда-нибудь, только не в эту проклятую комнату, снова привела меня именно сюда. Вот только теперь в нескольких метрах от двери стояла Верис, деловито скрестив руки на груди.

— Набегался? — спросила она, глядя на меня с видом ленивого кота. — Или ты так аппетит себе нагуливаешь?

— Я хочу домой! — выкрикнул я, окончательно потеряв терпение. — Верни меня немедленно! Или я буду жаловаться!

Перешагнув порог, я громко захлопнул дверь и тоже сложил руки крест-накрест, как эта наглая демоница.

— Кому? — надменно усмехнулась она. — В Гринпис жалобу напишешь? Или, может быть, в ООН?

— Если тут у вас есть ООН, то запросто! — выпалил я.

— Эта организация и в вашем мире абсолютно бесполезна, — Верис зевнула, — а в Аду в ней тем более нет никакой необходимости.

— Значит, дай мне какую-нибудь жалобную книгу! — продолжил я настаивать на своём.

— Жалобная книга в Аду сгорела в тысяча шестьсот шестидесятом году вместе с Лондоном.

— А при чём здесь Лондон?

— Ни при чём. Просто год совпал.

— Знаешь что? — Я подошёл ближе на два шага. — Если всё продолжится в том же духе, у меня просто поедет крыша, и я стану бесполезен для тебя. Ты этого добиваешься?

— О, демоны, какую же ахинею ты несёшь, — устало произнесла она. — У тебя просто-напросто стресс, и ты не понимаешь, что жаловаться тут некому, что пытаешься сбежать оттуда, откуда в принципе сбежать невозможно. Пойми одно: мой дворец очень хорошо защищён, Денис.

Когда Верис впервые произнесла моё имя, мне почему-то стало чуточку легче, и я начал понемногу успокаиваться.

— Прими как факт — ты теперь живёшь у меня и будешь обеспечен всем необходимым, — тем временем продолжила она. — Ты мой по праву призыва. И пытать я тебя не буду, не волнуйся. Во-первых, мне лень. Во-вторых, пытка будет скучной — ты сразу на всё согласишься и даже признаешься в убийстве Леннона, несмотря на то что убийца известен давно.

— Ладно-ладно, — окончательно угомонился я. — Ты вроде говорила, что после ванной я могу поесть.

— Нет, я говорила дождаться меня, — возразила Верис. — Давай присядем на кровать. Хочу кое-что у тебя узнать.

— Намёк понял! — заулыбался я. — Но только если не подхвачу от тебя ничего!

— Ой дурак… — вздохнула она и зашагала к кровати.

Не, ну а вдруг?

Тогда смогу гордиться собой: с девушками на Земле не ладится, зато в Аду в первый же день завалил саму княжну!

Глава 3

Рано я радовался. Ох как рано…

Эта демоница со странным именем Верис, как только мы сели, сразу стала расспрашивать меня обо всякой ерунде. Например, как пахнет дождь. И ведь на Земле она, скорее всего, бывала уже не раз. Однако по какой-то причине всё равно не могла понять, чем же пахнет дождь. Отставать от меня она явно не собиралась, поэтому я попробовал словами передать сырость после ливня, запах мокрого асфальта и вот это вот всё. Кажется, она даже поняла.

Потом вообще спросила, зачем люди едят варёную морковку, ведь она отвратительная, и об этом все знают. Что мне оставалось? Только объяснить, что далеко не все люди едят варёную морковь, что это просто вкусовщина — кому нравится, а кому и нет.

Дальше последовал вопрос посложнее: «Что такое ипотека?» Грабёж средь бела дня — так бы я ей ответил, но это бы ей ничего не объяснило. Поэтому пришлось во всех подробностях рассказывать, что это такое, как работает и зачем оно вообще нужно. В итоге Верис заявила, что в Аду у грешников и то условия лучше, чем эта наша ипотека. Не уверен, конечно, но спорить с ней не стал.