Поначалу Эндрю работал в такой связке как младший, а повзрослев и поднабравшись опыта, занял место старшего. Однажды на работе ему не повезло, он договорился о продаже дозы с подставным копом, получил от него деньги, отправил мелкого, и их всех повязали.

Находясь на исправительных работах, Эндрю так и не порвал свои связи с бандой. Он продолжал тусоваться с бандитами и проводить с ними время. Они были его уличной семьёй. Из-за ареста и обвинений он временно отошёл от дел, но всё так же ходил на сходки банды. На одну такую сходку и нагрянула полиция.

Полиция, одна лишь только форма на них выдавала в них полицейских. Кроме формы, больше ничего общего с полицией Джерси-сити у этих людей не было. Тяжёлые бронежилеты, штурмовые винтовки и даже гранаты.

Вооружённые люди нагрянули неожиданно и без каких-либо предупреждений открыли огонь. Они даже не убедились, были ли среди бандитов непричастные к банде гражданские. Да и вообще, что их банда такого натворила, чтобы по ним сразу же открывали огонь?! Они никого не убивали, не брали в заложники и не похищали. Они были лишь мелкими уличными гангстерами, торгующими крэком, метом и другой дурью. Они даже не были связаны с продажей оружия.

Когда полицейские открыли огонь, Эндрю как-то машинально, словно по команде, упал на землю. Тело среагировало как-то само, это и спасло его от неминуемой смерти. Лёжа на земле и прикрывая голову руками, он слышал доносящиеся до него крики друзей. Он весь дрожал. По телу пробегали мурашки, футболка промокла от пота, а по штанам медленно расползалось тёмное пятно.

Стрельба, крики и визги. Их банду истребляли. Его друзей убивали безжалостно, как свиней на скотобойне. Каким-то чудом пули его обходили стороной. Он как упал на землю вначале стрельбы, так и оставался лежать на месте, мелко дрожа, пока стрельба не прекратилась.

Эндрю медленно поднял голову, чтобы оглядеться. Узнать, почему стрельба закончилась, увидеть своих друзей.

Пожалуй, это было его ошибкой. Стоило ему поднять голову, он тут же встретился взглядом со своим другом. Его остекленевшие глаза и высунутый наружу язык вместе с разорванным на куски телом. Эндрю будет это сниться в кошмарах. То же было и с другими бандитами, почти никто не выжил. Среди покрошенной толпы были единицы, что так же, как и он, подавали признаки жизни и старались разобраться в ситуации.

– Забирайте их, – раздался со стороны голос одного из полицейских, и Эндрю увидел, как часть из окруживших их полицейских стала медленно приближаться к выжившим остаткам. Те, кто пытался с ними бороться, неминуемо умирали, остальные же, кто решил не бороться, получали укол неизвестной жидкости и тут же засыпали. Эндрю выбрал жизнь вместо борьбы и добровольно сдался полиции.

По крайней мере, он думал, что сдаётся полиции.

Следующее его пробуждение произошло в до боли стерильной камере без окон и решёток. Только одна металлическая дверь белоснежного цвета без ручек и окошек подачи еды.

Проснулся он на жёсткой кровати с минимальными удобствами. Представляла она из себя просто металлическое полотно, приделанное к стене, без матраса, подушки и одеяла. Просто плоская железка! Имеющийся в камере стул и стол были из того же материала и так же прикручены к полу и стене. Туалет тоже ничем не отличался.

Ему казалось, что он очутился в какой-то нестандартной тюремной камере и что совсем скоро за ним придут детективы или ещё кто-нибудь. Он будет максимально сотрудничать со следствием, чтобы оказаться на свободе, а после подаст на полицию в суд. То, что они сотворили с его друзьями, это нельзя было оставлять безнаказанным. Полицейские не имели права открывать огонь первыми и так хладнокровно убивать его друзей!

Эндрю решил во что бы то ни стало отомстить!

Но сколько бы времени не проходило, но за ним никто так и не приходил. С ним вообще не общались! Он чудом не терялся во времени, всё благодаря искусственному освещению, которое то выключалось на довольно длительный промежуток, то включалось, изображая день и ночь.

Каждый день ему приносили еду, открывали неприметный люк под дверью и просовывали туда похлёбку в железной миске. Он пытался бунтовать, не отдавать пустую миску после еды, но его бунт игнорировался. Просто, как он начал бунтовать и не отдавать миску после еды, его перестали кормить. Вечно сидеть голодным он не мог, поэтому прекратил свой бунт и начал добровольно сотрудничать с людьми за дверью. Он стал пытаться разговорить человека, который каждое утро приносил ему похлёбку. К сожалению, все его попытки оканчивались неудачей.

Эндрю постепенно сходил с ума. Человеку в полной изоляции, без общения и других средств для проведения досуга было очень сложно. Если не невозможно. Изо дня в день он сидел в своей камере и перечитывал найденный на столе документ.