Головоломка в голове девушки сложилась, и, как ни странно, от осознания всей полноты картины Шэрон преисполнилась большим уважением к боссу Панама Вердес. Раньше она думала, что попала в отряд только благодаря своей внешности или мягкотелости босса, а всё оказалось до невозможного простым. Просто у них в группе была нехватка врачей, и босс воспользовался ей, чтобы частично закрыть эту нехватку.

– Марс, ты такой молодой, а уже попал в группу наёмников. Ты ведь тоже американец, я права?

– К чему это ты говоришь? – сощурился парень, наконец сумевший сделать правильный надрез на образце.

– Кем ты был до того, как вступил сюда? Неужели решил сразу после колледжа податься в такое опасное дело?

Под конец Шэрон провокационно усмехнулась и состроила на лице выражение "всезнающей старшей сестры", которое, разумеется, раздражало любого здравомыслящего мужчину. Такое выражение прямо бросало вызов его авторитету и принижало его до уровня ничего немыслящего ребёнка.

– Сотри это выражение со своего лица, Джессика, иначе я тебе эту противную морду сам набью и не посмотрю, что ты женщина! – огрызнулся Марс, кладя скальпель на стол и угрожающе разминая кулаки.

– Неужели ты ударишь девушку?! – панически воскликнула Шэрон.

– Ещё как! – удовлетворившись испугом Джессики, Марс вернулся к своей практике. – Да и никакая ты не девушка, может другие не замечают, но я-то вижу по твоим морщинам на лице, что тебе уже под тридцать. Женщина, пожалуй, подходящее для тебя обращение, но никак не девушка.

– Марс, ну ты и говнюк! – праведно вспыхнула Шэрон и даже пару раз слабо ударила кулачками по спине парня.

Марс же никак на действия девушки не отреагировал, удары девушки были слишком слабые, чтобы вообще обращать на них внимание. Всё его внимание сосредоточилось исключительно на тренировочном манекене, мёртвой рыбе, на которой он делал аккуратный надрез.

– По поводу твоего вопроса, не всем так везёт, как ты думаешь. Не все могут себе позволить колледж, у некоторых есть один-только-единственный вариант, и это армия.

– И почему же ты сейчас не в армии, а здесь? Неужели зарплата была недостаточно высокая?

– Не всё можно измерить деньгами, я здесь очутился по зову сердца.

Солнце зашло за горизонт, на улицу опустился вечер. Персонал из медблока начал расходиться по домам. Так как Шэрон была пока что единственной женщиной в группе наёмников, для нее выделили отдельный домик. В ее полном распоряжении оказался одноэтажный домишка из обожжённой глины и соломы. Тонкие стены и ветхая крыша, впрочем, Шэрон не жаловалась – это были условия такие же, как и у всех остальных. Даже лучше. Ведь обычно в таком домишке жило до шести человек. Сейчас в нём жила только одна Шэрон.

Раздевшись и разобрав кровать, девушка уже планировала ложиться спать, как вдалеке, через окно, её зоркий глаз зацепил одинокую фигуру с зажжённой сигаретой, как светлячком у лица. Решив пока повременить со сном, Шэрон, накинув на себя одеяло, вышла на улицу. Как она уже успела узнать, на огороженной территории могли находиться только наёмники Панама Вердес. Значит, сидящий в одиночестве мужчина мог быть только одним из них, иначе его бы здесь не было.

Шэрон была не против познакомиться с ещё одним наёмником из группы. Возможно, ей повезёт наткнуться на какого-нибудь разговорчивого "старичка", который, купившись на ее приятную внешность, решит за сигареткой другой порассказывать ей разные истории.

– Простите, у вас не будет для меня сигареты? – подошла со спины к мужчине Шэрон и сразу же заметила натянутую на его лице балаклаву и характерную зелёную панаму. Только вот моментально возник вопрос, а зачем вообще этот мужчина натянул на своё лицо балаклаву. Все находящиеся внутри наёмники ходили без неё, за редкими исключениями.

– Слушай, а смелости тебе не занимать, у командира сигареты стрелять.

Всё стало на свои места, когда она услышала знакомый голос и общие черты обернувшегося на нее мужчины. Он оказался боссом наёмников, что принял ее в группу.

– Почему вы здесь один? – поплотнее завернувшись в одеяло, Шэрон присела рядом с боссом, подобрав под себя ноги. Её распущенные волнистые волосы слегка развивались на ветру. Невинное выражение, естественным образом сформировавшееся на лице, делали ее совершенно безобидной в глазах мужчин. Она поступала слегка самонадеянно, садясь рядом с боссом, но рассчитывала на то, что тот спишет ее самонадеянность из-за невинного облика.

– А ты почему здесь? – перенаправил вопрос босс, ничего не сказав насчет того, что она подсела к нему.

– Мне не спалось, – просто ответила Шэрон и невинно хлопнула глазами.

– Понятно, переезд и смена локации, такое часто бывает, – выдохнул босс и замолчал, куря сигарету. Его балаклава приросла к нему как второе лицо. Шэрон не могла разглядеть через нее внешность мужчины.