— Бильбо — да. И когда твоя судьба наделила тебя такими опасными сокровищами, это неплохой способ их принимать — покуда ты на это способен. Но что до передачи его тебе: он сделал так лишь потому, что счёл тебя безопасным: безопасным в смысле не злоупотребить им; безопасным в смысле не дать ему попасть в злые руки; безопасным от его власти, на время; и безопасным, как неведомый и неважный хоббит в сердце тихого и легко не замечаемого маленького Шира, от — врага. Я обещал ему к тому же помогать и советовать тебе, возникни какая трудность. Скажу также, что я не обнаружил огненных букв и не угадал, что это кольцо — Единое Кольцо, пока он уже не решил уйти и оставить его.[38] И я не сказал ему, ибо тогда он не обременил бы тебя и не ушёл бы. Но ради него самого я знал, что ему следует уйти. Он владел тем Кольцом 60 лет, и оно сказывалось на нём, Бинго. Ты уже пытался описать мне своё собственное чувство — то чувство растянутости.[39] Его было куда сильнее. Кольцо в конце концов источило бы его. И всё же единственным верным способом избавить его от него было дать кому-то другому принять это бремя на время. Он свободен. Но ты его наследник. И теперь, когда я (с той поры) открыл куда больше, я знаю, что тебе досталось тяжкое наследство. Хотел бы я, чтобы было иначе. Но не вини Бильбо — или меня, если сможешь. Будем нести то, что на нас возложено (если сумеем). Но мы должны сделать что-то скоро. Враг приходит в движение.

Настало долгое молчание. Гэндальф попыхивал трубкой с виду удовлетворённо…

Затем новая версия развивает старый текст (с. 83) почти до формы в FR (с. 71–72), причём Бинго говорит, что часто подумывал об уходе, но воображал его чем-то вроде каникул, и его внезапное сильное желание, не высказанное Гэндальфу, последовать за Бильбо и, быть может, отыскать его и выбежать из Бэг-Энда тут же. Новый текст продолжается:

— Дорогой мой Бинго! — сказал Гэндальф. — Бильбо не ошибся, выбрав тебя наследником. Да, думаю, тебе придётся уйти — вскоре, хотя не тотчас и не без некоторого размышления и осторожности. И я не уверен, что тебе нужно идти одному: не если ты знаешь кого-то, кому мог бы довериться и кто захотел бы пойти подле тебя, — и кого ты сам захотел бы взять в неведомые опасности. Но будь осторожен, выбирая, и в том, что говоришь даже ближайшим друзьям. У врага много соглядатаев и много способов слышать. — Внезапно он умолк, будто прислушиваясь.

Остаток главы (как Сэма застают под окном и как Гэндальф решает, что тот должен стать спутником Бинго, — ср. «Вопросы и переделки», примеч. 2, с. 221) почти слово в слово совпадает с окончательной формой (FR, с. 72–73), которая была достигнута почти с одного маху[40] и никогда не менялась.

Глава 16. ПРОМЕДЛЕНИЕ ОПАСНО

От «Древней истории» мой отец перешёл к переработке первоначальной второй главы, которой был дан заголовок «Трое — компания, четверо — лишку» (с. 49); эта новая версия становится Главой III, но заголовка не получила. Позднее он вписал в начало текста «Промедление опасно» (каковое есть заголовок ab initio следующей версии главы), и удобно принять его здесь.

Несколько чрезвычайно черновых и текучих заметок — продолжение тех, что помянуты в начале прошлой главы, с. 250, — это всё, что существует в качестве подготовительных набросков к этой переработке. Я уже отметил (с. 250), что история о званом обеде Бинго для Мерри, Фродо Тука и Одо Болджера накануне ухода была измыслена здесь и что против этого мой отец написал «Сэма Скромби на место Одо» (эти заметки предшествовали написанию «Древней истории», где Сэм Скромби впервые возник). Но от Одо было не так-то легко избавиться. Заметки продолжаются:

Гэндальф должен был прийти на угощение, но не объявился. Бинго ждёт до пятницы [23 сентября], но неразумно не стал ждать дольше, ибо Саквиль-Бэггинсы грозят выставить его: но трогается в путь в пятницу ночью. Объявляет, что собирается погостить у Мерри и вернуться к своей брендибакской родне.

Отвергнутое предположение, что Одо остался в Хоббитоне, «чтобы дать вести Гэндальфу», показывает, что мой отец уже обдумывал этот вопрос, который после долгой истории перемен в конце концов привёл бы к тому, что Фредегар Болджер остаётся в Крикхоллоу (FR, с. 118). В этих заметках Брендибак с артуровским именем Ланорак (изменённым из Берсилак), кузен Мерри, «получил приказ всё приготовить» в Бакленде, и есть набросок для истории после того, как они покидают Бакленд и входят в Старый Лес: «Фродо хочет пойти, но ему сказано нет: дать вести Гэндальфу. Мерри ничего не говорит — но идёт-таки: запирает дверь и бросает ключ через изгородь». С этим ср. «Вопросы и переделки», примеч. 2 (с. 221): «Фродо прощается в Баклбери. Лишь Мерри и Бинго едут дальше в изгнание — потому что Мерри настаивает. Бинго первоначально намеревался идти один» (это было написано прежде, чем вошёл Сэм Скромби).