В течение нескольких лет в Портленде, штат Мэн, наблюдался дефицит работы, которая не требовала пятнадцати лет опыта или диплома колледжа. Найти вакансию бариста было настоящим чудом.

Я откинулась на скамейку в парке, пролистывая объявления, которые уже видела тысячу раз. Учитель третьего класса в начальной школе Портсмута. Медсестра в больнице Новой Англии. Опытный выгульщик собак в Оганквите.

Я фыркнула на свой телефон, прежде чем продолжить прокручивать экран, и именно тогда мой взгляд зацепился за одно объявление. Я застыла на месте, перечитывая его снова. Ищем сиделку на полную ставку. Опыт работы с людьми с серьезными ограничениями подвижности обязателен. Для получения дополнительной информации звоните 207-424-3793. Объявление было размещено два дня назад.

Вот оно. На этот раз настоящее чудо. Приложив телефон к груди, я посмотрела вверх и слегка кивнула в серое небо. Сегодня за мной присматривает мама.

Как раз когда я собиралась набрать указанный номер, я заметила строку текста, которую пропустила раньше: собеседования на эту должность пройдут для всех желающих в понедельник, 25 марта, с 8 до 9:30 утра.

Я взглянула на время в телефоне. 8:28 утра. Адрес, указанный в объявлении для собеседования, находился в Кейп-Неддике. Сорок пять минут на автобусе, если повезет. Я могла опоздать, но попытаться всё равно нужно было. От этого зависела жизнь моей семьи — и это вовсе не преувеличение.

Резко вскочив со скамейки, я рванула к автобусной остановке и успела как раз вовремя — на рейс 8:30 до Кейп-Неддик. Когда я наконец села, опустила взгляд и подавила стон. Сегодня утром я умудрилась одеться настолько непрофессионально, насколько это вообще возможно. На моих черных хлопковых леггинсах зияла большая дыра на правом колене, на футболке красовалось маленькое жирное пятно на уровне груди, а мои черные “Чаки” были в грязи после того, как я гоняла мяч с Луисом под дождем. Антонио никогда не обращал внимания на мой внешний вид за стойкой. Пока я приходила вовремя и улыбалась редким посетителям кафе, его всё устраивало. Но с этим работодателем всё могло оказаться совсем иначе.

Поездка до Кейп-Неддик была сущей пыткой. Моё правое колено всё время подпрыгивало, и каждое движение напоминало о дыре, которая, возможно, станет причиной моей гибели. Я попыталась укротить свои кудрявые темно-каштановые волосы, собрав их в пучок на затылке, но никак не могла спрятать пушащиеся пряди, обрамлявшие лицо. Я каждые две минуты смотрела на время в телефоне и фыркала всякий раз, когда водитель задерживался на остановке дольше, чем нужно. Когда автобус наконец подъехал к моей остановке — через пятьдесят одну минуту после выезда из Портленда, — я была вся мокрая от пота и на пределе нервного срыва.

Выскочив из автобуса, едва он остановился, я бегом направилась по адресу из объявления — навигатор в телефоне вёл меня безошибочно. К счастью, я добралась всего за три минуты, и как только оторвала взгляд от экрана, у меня перехватило дыхание. Двухэтажный дом стоял на краю утёса, с ничем не заслонённым видом на Атлантический океан. Бежево-серые деревянные панели, покрывавшие дом, были в безупречном состоянии, как и белые ставни, которые едва ли не сияли от чистоты. Окна — большие и многочисленные — наверняка заливали комнаты светом в прекрасный летний день. Всё это выглядело великолепно.

Поглазев на дом добрую минуту, я напомнила себе, что у меня есть дела поважнее, и поспешила ко входной двери, почти сразу постучав. Стоило бы мне задуматься подольше — и я бы сбежала из этого впечатляющего дома прямиком к себе в квартиру.

Пока я ждала, когда мне откроют, огляделась по сторонам. Подъездная дорожка пустовала, так что я решила, что сейчас на собеседование больше никто не пришел. Машины хозяев, должно быть, стояли в гараже. Пронизывающий мартовский ветер трепал мои волосы, напоминая, что утром стоило надеть пальто потеплее. Луиса я заставила одеться как следует, но, похоже, правила для других на меня не распространялись.

Через несколько секунд изнутри раздались шаги. Я подняла взгляд и увидела высокого мужчину, открывающего дверь, и мои глаза расширились, когда я как следует его разглядела. Его черные волосы были зачесаны назад, хотя в них всё еще угадывалась легкая волна. Глаза — тоже черные, до такой степени темные, что невозможно было различить, где зрачок, а где радужка. Кожа — смуглая, а аккуратно подстриженная борода подчеркивала линию челюсти. Его широкие плечи и грудь идеально заполняли строгую темную рубашку, заправленную в брюки того же оттенка.

Черный определенно был его цветом.

— Вы пришли на собеседование?

Глубокий тембр его голоса вырвал меня из созерцательного ступора. Жар пополз по шее вверх, пока я выдавливала из себя улыбку.

— Д-да.