Обратная дорога в офис «БыстроДоставки» была прогулкой по аду. Ветер усилился, снежная крупа колола лицо. Сумка-холодильник, теперь пустая, глухо била по спине в такт кочкам на дороге. Он ехал мимо Плотинки, городского пруда. Лед был темным, засыпанным снегом. И снова – шум. Теперь он шел снизу, от воды и древних гранитных плит плотины. Как будто старый заводской механизм, давно остановленный, пытался провернуть заржавевшие шестерни. Кирилл зажмурился. Хватит!

Офис располагался в подвальном помещении старого дома на Вайнера, рядом с блестящими магазинами. Воздух здесь всегда был спертым, пропитанным запахом дешевой еды, пота и вечного напряжения. Кирилл спустился по скользким ступеням, толкнул дверь. Волна теплого, тяжелого воздуха и гула голосов накрыла его.

– А вот и наш чемпион! – раздался голос Димки. Диспетчер сидел за своим столом, заставленным мониторами, и с аппетитом уплетал шаурму. – Светлана только что звонила. Очень «довольна» твоей скоростью. Говорит, лосось остыл, а салат похож на тряпку. Оценка – единица. Поздравляю, Тучков, ты стабилен!

В углу заржал Серега-«Ракета»:

– Тучка, может, тебе в кондитеры? Или в сомелье? А то лосось остыл… Ха-ха! Тебе бы что-нибудь попроще доставлять, а то ты с дорогими продуктами не справляешься!

За столом напротив, разбирая наушники, усмехнулась Лена, курьер на скутере:

– Кирилл, может, ты просто слишком много думаешь? Вот и время теряешь. Остановился, задумался о вечном, а лосось тем временем… фьють! – она сделала жест, будто что-то улетает.

Кирилл молча снял куртку, повесил на гвоздь. Стыд сменился привычной апатией. Он подошел к столу Димки, взял термос из сумки.

– Вот, сдал. Деньги на карте.

– Вижу, вижу, – Димка не отрываясь от монитора, ткнул пальцем в клавиатуру. – Ну что, гений, готов к новым подвигам? Или отдохнуть хочешь после титанических усилий? – сарказм капал с каждого слова

.

– Готов, – глухо ответил Кирилл, разглядывая трещину на линолеуме. Она тянулась от двери к столу Димки, извилистая, как река на карте. Ему вдруг показалось, что он слышит, как по ней бежит крошечный ручеек воды, неслышный для других. Бред.

– Отлично! – Димка хлопнул ладонью по столу. – Тогда держи! – Он протянул листок с адресом. – Тоже «срочно». Но не лосось, не бойся. Документы в юридическую контору. Улица Машиностроителей, 15. Старый дом во дворе. К девяти.

Кирилл взглянул на часы – 20:45. Уралмаш. Другая часть города. Индустриальный гигант, породивший вокруг себя целый район, теперь местами заброшенный и мрачный. Ехать минут двадцать, если без пробок и светофоры не подведут.

– Уралмаш? Сейчас? – не удержался Кирилл. – Там же вечерами… не очень.

– Чего, страшно? – Димка поднял бровь. – Там люди работают, юристы, между прочим! Контора до десяти открыта. Клиент ждет важные бумаги к утру. Не нравится – есть дверь. На твое место очередь! – он бросил на стол конверт с логотипом какой-то компании.

Серега свистнул:

– Уралмаш ночью? Тучка, боишься, что меестные духи утащат? Там же всякая чертовщина водится, в старых-то цехах! – он сделал страшные глаза, все засмеялись.

Кирилл молча взял конверт. Он был плотный, тяжеловатый. Ничего особенного. Просто документы. Он сунул его в сумку, надел куртку. Насмешки коллег сливались в общий гул, но сквозь него он снова уловил тот низкий, подземный шум города. И на этот раз в нем слышалась тревога. Как будто старые заводские трубы Уралмаша, давно остывшие, начали тихо стонать, где-то в недрах Екатеринбурга.

– Ладно, герой, в путь! – Димка махнул рукой, уже погружаясь в разговор по телефону. – Не забудь отметиться по GPS!

Кирилл вышел на улицу. Вечерний Екатеринбург заливал неон: вывески магазинов, ресторанов, свет фар. Но этот блеск казался ему ненастоящим, бутафорским. Настоящий город был там, внизу – в старых камнях, в трубах теплотрасс, в рельсах трамваев, в темных дворах и переулках. И этот город был встревожен. Особенно там, куда ему сейчас предстояло ехать.

Он сел на велосипед, поправил сумку. Улица Машиностроителей, 15. Старый дом во дворе. Контора юристов, открытая до десяти? На Уралмаше? Сомнительно. Но выбора не было. Штраф за отказ был больше, чем за опоздание к "Светлане".

Он толкнулся от бордюра и поехал на север, в сторону моста через Исеть, за которым начинался другой мир – мир Уралмаша. Во внутренностях нарастала вибрация, превращаясь в настойчивое, тревожное жужжание. Как будто тысячи голосов, замурованных в бетоне и чугуне, пытались его о чем-то предупредить. Кирилл ехал, стараясь не слушать, не обращать внимания на тени, которые, казалось, сгущались в переулках чуть плотнее обычного, на странные блики в лужах под фонарями. Он был просто курьером. Он доставлял заказы. Все остальное – бред усталого мозга. Но почему-то холодок страха между лопаток не исчезал, а лишь крепчал с каждым оборотом педалей, уносящим его в гудящую, затаившуюся тень старого промышленного района.

Город шептал. И шепот его был полон предостережения.

Глава 2