Он был уверенным. Говорят, что уверенность – это не чувство превосходства над другими, а принятие себя и собственной ценности. Ынсо завидовала ему. Он сказал, что смог обрести самооценку благодаря ей, но у самой Ынсо она здорово упала.

– Завидую. Хорошо, что ты нашел дело, в котором чувствуешь себя уверенно. Я вот не понимаю, чем сейчас занимаюсь.

– Почему? В чем проблема?

Ынсо не была уверена, стоит ли рассказывать о своих переживаниях человеку, не зная даже его имени. Она заглянула парню в глаза, веря, что они не лгут. Его взгляд был спокойным. Странно, но, несмотря на отсутствие нормального освещения, его глаза как будто сияли. На какой-то миг ей захотелось в них утонуть. Сердце Ынсо забилось быстрее. А вдруг…

– Я люблю рисовать, мне нравится выражать свои мысли в рисунках, я даже поступила в художественный университет Н.

– Знаю. Ты же прославилась – кто-то из обычной школы смог туда пробиться! Я так гордился тобой, так радовался, когда узнал. Мне казалось, что я тоже самую чуточку к этому причастен.

– Спасибо. В общем, после выпуска мне пришлось сразу же устроиться на работу. Я была благодарна родителям за то, что они позволили мне заниматься искусством, но мне не хотелось обременять их платой за обучение.

– Это так на тебя похоже. Ты молодец, – ответил парень, словно подражая ведущим ток-шоу. Но в этом не оказалось ничего плохого, наоборот, Ынсо почувствовала, насколько легче ей стало говорить. Она не помнила, когда в последний раз ее так внимательно слушали.

Поступление в художественный университет после обычной школы было серьезным шагом для Ынсо, а для ее родителей таким же серьезным шагом стало решение поддержать ее, оплачивая подготовительные курсы. Однако Ынсо приняла их жертву, потому что хотела следовать за своей мечтой. Когда она поступила, ей казалось, что нет ничего невозможного. Ежедневно она заходила в художественный магазин рядом с университетом, а между делом еще и усердно подрабатывала. Конечно же, устроиться на подработку было намного проще, чем добиваться стипендии, – это не требовало оправданий.

Во время подработки в кафе у нее завязался непродолжительный роман с одним из коллег, она на себе узнала, что такое подкаты в клубе. Пытаясь выглядеть, как настоящая художница, Ынсо даже проколола губу, но быстро пожалела об этом и сняла пирсинг – на память о темных днях у нее остался небольшой шрам. По этой же причине она отказалась от давней идеи сделать тату.

– Мне сначала казалось, что я способна на все, а потом наступил четвертый курс, и я поняла, что ничего не могу. А теперь на работе я должна выполнять лишь то, что скажут. Например, сейчас нужно сделать вывеску для ресторана с курочкой, и то я понять не могу, почему у курицы должно быть четыре лапы…

На этот раз парень никак не отреагировал. Ынсо немного расстроилась – он так ее поддерживал, а теперь просто промолчал.

Наконец он заговорил:

– Знаешь, почему меня так тронул вебтун, который ты нарисовала?

Ынсо ощущала те же эмоции, что и мальчик в ее видении, но не могла понять почему.

Парень продолжил:

– Пускай сюжет и придумал я, но рисунки и диалоги были только твоими. Было ощущение, будто это твоя личная история, а не чья-то еще. Ты действительно вложила в нее душу.

– Но ведь реплики писала Минён. – Похвала смутила Ынсо.

– Ты хорошо понимаешь других людей. Как насчет встречи с владельцем того ресторана? С твоей эмпатией любая вывеска может стать произведением искусства!

Если так подумать, Ынсо никогда не встречалась с заказчиками лично. Она всегда создавала проекты, опираясь только на то, что передавал ей руководитель Ким. Он говорил сделать ярче – она использовала насыщенные цвета, просил сделать нежнее – брала пастельные. В процессе работы Ынсо никогда не чувствовала себя творцом.

– И как я с ним встречусь?

– Ты говорила, что вывеска еще не готова? Значит, сейчас там вовсю идет ремонт. Владелец должен следить за подготовкой к открытию, так что наверняка до сих пор на месте.

Ынсо глянула на экран телефона, проверяя время, – чуть больше девяти вечера.

– Пойдем скорее! – поторопил ее парень.

Она примерно знала, где находится ресторанчик: адрес был указан на вывеске. Не так уж и далеко: пройти по вишневой аллее до конца, затем свернуть налево на улицу с традиционными барами, и практически сразу будет нужное место. Там полно питейных заведений, а значит, толпа…

Прежде чем Ынсо успела дать ответ, парень двинулся вперед широкими шагами, а затем и вовсе сорвался на бег.

– Эй! Ты ведь даже не знаешь, куда нам надо! – крикнула Ынсо, устремляясь за ним.

– Кажется, знаю! – ответил он, не останавливаясь.

У Ынсо не было времени задуматься, откуда у него нужный адрес, – она, задыхаясь, пыталась не отстать.

Парень быстро лавировал между людьми, вышедшими полюбоваться цветением или выгулять собак.

«Зачем он вообще бежит?»