Тиган так сильно дрожала подо мной, что я чувствовал, как это отдается и мне, но я не смел убрать руку.

Сохранить ее в безопасности было моей единственной задачей в этот момент.

— Выходи, выходи, где бы ты ни был, Мессина!

Я почувствовал, как Тиган напряглась подо мной, когда голос, который я узнал из прошлого, загремел, как барабан, где-то совсем рядом.

— Разве ты не знаешь, что от нас не спрячешься? — продолжал издеваться Джероми Хави. — Твоя маленькая хорошенькая сучка тоже не может от нас спрятаться. У нас для тебя есть отличный подарок в честь возвращения домой, парень.

— Его здесь нет, придурок! — Голос Томми донесся до моих ушей, и мое сердце упало в задницу. — Но копы есть, или, по крайней мере, они уже в пути. И ты облегчил им задачу, чтобы запереть твою задницу.

— У тебя все получится, Мойет, — услышал я усмешку Хави и тут же бросился в бой.

— Нет, — зашипела Тиган, обеими руками хватаясь за переднюю часть моей рубашки и оттаскивая меня от скатерти, к которой я двигался. — Не надо, — пробормотала она, слезы текли по ее щекам, она сжимала мою рубашку в кулаке, словно это был ее последний спасательный круг. Взяв мою руку, она положила ее себе на живот, а затем произнесла слова. — Ты обещал.

ГЛАВА 36

Тиган

Люди вокруг нас кричали и бежали, спасая свои жизни, но я не могла пошевелиться.

Меня повалили на пол и погребли под непосильной тяжестью.

Застыв от страха, я лежала на спине, едва осмеливаясь дышать. Ноа каким-то образом удалось затащить нас обоих под накрытый скатертью стол.

Нас не было видно, но он продолжал лежать на мне, закрывая меня от посторонних глаз и защищая мое тело своим.

Он закрыл мне рот рукой, и я была рада.

Мой страх выходил из-под контроля, и я не верила, что смогу не закричать.

Никогда в жизни я не испытывала такого страха, как в тот момент, когда заметила красную кровь на белой рубашке Ноа.

Он выглядел невозмутимым.

Адреналин.

Так и должно быть.

Никто не двигался так, как он после ранения.

— Ты в порядке, — продолжал шептать он мне на ухо, а я продолжала рыдать, прижимаясь к его руке и в ужасе указывая на его плечо.

Я закрыла глаза и взмолилась.

Пожалуйста, не дай нам умереть здесь... Господи, пожалуйста, не допусти, чтобы с моим ребенком что-нибудь случилось...

Мои глаза распахнулись, как только я осознала, о чем молилась.

О моем ребенке.

Моем.

Внезапно всепоглощающее чувство собственничества прокатилось по моему телу, принеся с собой неописуемое чувство защищенности.

Это было чувство, которого я никогда раньше не испытывала.

Чувство безоговорочной любви и отчаяния.

Я снова опустила руку, чтобы прикрыть живот, и каждый нерв моего тела ожил внутри меня. Мое сердце само собой начало барабанить боевой клич.

И вот так ход моей жизни совершил неожиданный поворот.

Материнство.

Это был мой ребенок.

Плоть и кровь Ноа, растущая внутри меня.

Мое сердце билось о грудную клетку, когда волнение, страх, неуверенность и безудержная любовь проникали в меня. Почти безумное желание защищать и оберегать ребенка внутри моей утробы овладело мной. Ребенка, о существовании которого всего час назад я даже не подозревала, а теперь не видела будущего без него...

— Я не знала, что ты там, маленький незваный гость, — мысленно прошептала я. — Но я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось.

Я зажмурила глаза, так как избыток эмоций грозил выплеснуться наружу.

Пожалуйста, сохрани моего ребенка...

Мое сердце заколотилось так сильно, что казалось, оно разорвется.

— Выходи, выходи, где бы ты ни был, Мессина!

Все внутри моего тела перестало двигаться, как только голос этого человека зазвучал в моих ушах.

Мое сердце.

Мои мышцы.

Все.

— Разве ты не знаешь, что от нас не спрячешься? Твоя маленькая хорошенькая сучка тоже не сможет от нас спрятаться. У нас для тебя есть отличный подарок в честь возвращения домой.

Мои глаза были прикованы к лицу Ноа, и я наблюдала за его внутренней борьбой с самим собой.

Кем бы ни был этот человек, он приманивал его, и Ноа отчаянно пытался не поддаться.

— Его здесь нет, придурок, но есть копы, или, по крайней мере, они уже в пути, и ты облегчил им задачу, чтобы запереть твою задницу. — Голос Томми наполнил комнату, и тело Ноа словно подскочило в боевой готовности.

— У тебя все получится, Мойет, — злорадствовал мужчина, и в этот момент я почувствовала, как самообладание моего мужа ослабло. — Можешь передать своему товарищу от меня послание.

Внутри меня разгорался страх, а мысль о том, что Ноа может выйти к ним, доводила меня почти до истерики, поэтому в тот момент я использовала единственный инструмент, который был в моем распоряжении.

Ребенка, растущего в моей утробе.

Взяв Ноа за руку, я положила ее на живот.