Я прекрасно понимал, что все должно идти своим чередом, но от этого легче не становилось.

— Как сегодня Блонди? — спросил Лаки, когда я остановился рядом с ним, чтобы перевести дух. — Все еще болеет?

— Это чертовски ужасно, чувак, — прорычал я, вспоминая, как моя жена металась по туалету от боли. Мне не нравилось чувствовать себя беспомощным. Это чувство мне точно не нравилось. — Она такая маленькая, понимаешь? — Покачав головой, я снял шапочку для плавания и отбросил ее в сторону. — Клянусь, она похудела на десять фунтов с воскресенья.

Я вылез из бассейна и подождал, пока Лаки присоединится ко мне, прежде чем направиться в джакузи.

— Сейчас она только и делает, что пьет воду и ест крекеры.

— С ней все будет в порядке, — заверил он меня, забираясь в джакузи. — Помнишь, как я отравился после того хот-дога? — Он вздрогнул. — Прошло две чертовы недели, пока я смог поставить одну ногу перед другой.

— Это была тюремная еда, чувак, — хмуро возразил я. — Я удивлен, что кто-то из нас выбрался из этой дыры целым и невредимым, учитывая то дерьмо, которым нас кормили.

— Это правда, — торжественно согласился Лаки. — Кстати, в следующем месяце мне, возможно, придется уехать на несколько недель.

— Правда? — Я повернулся и посмотрел на него. — Куда?

— Это... скоро годовщина Хейли. — Лаки потер лицо и вздохнул. — Это будет мой первый выход из тюрьмы.

— Конечно, чувак, — поперхнулся я, не зная, что еще сказать. — Бери столько времени, сколько тебе нужно.

Я жаловался на то, что у Тиган пищевое отравление, в то время как девушке Лаки было еще хуже.

Я был бесчувственным засранцем.

ГЛАВА 21

Тиган

— Так... вкусно, — пробормотала я, уплетая бургер, и застонала от восторга, когда майонез попал мне на язык, вызвав прилив вкусовых ощущений.

Когда я добралась до ресторана отеля, то обнаружила, что ужин уже закончился, поэтому вместо него я направилась в бар у входа.

Не потрудившись изучить меню, я выбрала бургер и картофель фри. Не самый здоровый вариант, но после почти девяти дней, проведенных на крекерах и воде, мне требовалась жирная пища.

Я не стала спрашивать Ноа, не хочет ли он присоединиться ко мне на ужин. Я знала, каким будет ответ после прошлого раза, преимущественное «нет».

По словам Бо, я была дьяволом на плече моего мужа, когда дело касалось его диеты.

По мнению остальных членов его команды, за исключением Лаки, я была самым настоящим дьяволом.

Один вонючий заказ нездоровой пищи в номер в Фениксе и мне больше нельзя было доверять заботу о питании мужа.

Не то чтобы я не знала, что делаю.

Я училась на инструктора по фитнесу в колледже, была совладелицей и управляющей собственного тренажерного зала, и сама была в чертовски хорошей форме.

— Похоже на то, — сухо ответил Лаки, решивший присоединиться ко мне, выведя меня из задумчивости. — Не забывай жевать,      Блонди, — добавил он с ухмылкой, прежде чем сделать глоток из своей бутылки пива.

— Лаки, ты когда-нибудь слышал фразу: «Сарказм — это низшая форма остроумия»? — ответила я, потянувшись за картошкой. — А если бы остроумие было дерьмом, у тебя был бы запор. — Ухмыляясь, я высунула язык и нахмурила брови.

— Я... ты только что сравнила мою личность с кишечником? — спросил он, моргая.

— А ты когда-нибудь задумывался над словами, которые собираешься сказать, прежде чем произнести их?

— Ладно, я сейчас чертовски озадачен этим разговором, — ответил он с волчьей ухмылкой.

Сложив руки, я в восторге откинулась на спинку кресла.

— Хорошо, я стараюсь угодить.

— Знаешь, — поддразнил он, наклоняясь ко мне через стол. — Если твоя цель доставить мне удовольствие своим ртом, то, может быть, тебе стоит снизить прицел и немного отсосать. — Пожав плечами, он добавил. — Просто говорю.

— Фу, — фальшиво пробурчала я и швырнула в него картошку. — Отсоси, каторжник.

— Ты же знаешь, что я просто дергаю тебя за ниточки, Тигс, — усмехнулся Лаки. — Ты же знаешь, что я никогда бы на тебя так не посмотрел.

— Да, да, — ответил я, закатив глаза.

Лаки был странным парнем.

При всей своей мрачности и скрытности, он обладал действительно замечательной личностью.

Он напоминал мне старшего брата, которого у меня никогда не было...

— Рад видеть, что ты вернулась к нам, — добавил он искренним тоном. — Ноа волновался.

— Я знаю, — сухо ответила я, поглощая свой обед. Всю прошлую неделю Ноа был похож на щенка, лишенного внимания. У меня было пищевое отравление. Я не умирала, но по его поведению можно было поклясться, что я была больна.

Несмотря на то, что я запретила ему это делать, он пропустил большую часть тренировок, предпочтя вместо этого остаться со мной в номере отеля, пропахшем рвотными массами.