— Мне не нужны советы или нотации, Тигс.

— Я не... Я не... — Господи, это было уже слишком, чтобы в десять часов утра в это поверить. —Итак, позволь мне прояснить ситуацию, - пробормотала я, скорее для себя, чем для Хоуп. - Ты выходишь замуж завтра?

Хоуп серьезно кивнула

— За Джордана?

«Да, - усмехнулась Хоуп, - за Джордана. А за кого же еще?»

— О Боже! — я хотела закричать: «Ты с ума сошла?», но не стала. Я не могла. Я потеряла дар речи...

— Я знаю, это звучит неожиданно и поспешно, — продолжала говорить Хоуп, прерывая мои панические мысли. — Но на самом деле это не так. Я планировала этот день всю свою жизнь... черт, ребята. — Взяв меня за плечи, Хоуп развернула меня к стеклянному дверному проему и прошипела мне на ухо, — Ни слова об этом перед моими братьями.

В тот момент, когда мой Ноа вошел в двойные двери с Кольтом и Кэмом по бокам, воздух вырвался из моих легких.

Его глаза остановились на моем лице, и я увидела, как он удивился, увидев меня здесь.

— Хорошо, мальчики, — объявила Хоуп, шагнув к братьям и обняв их за плечи. — Оставим голубков наедине.

Удивительно, но Кольт и Кэм не бросили ни одного умного замечания или незаконного намека, ну, Кэм драматично подмигнул Ноа, когда они проходили мимо, но не более того.

Оставаясь совершенно неподвижной, я заставляла себя дышать, а сердце гулко стучало в груди, пока я ждала, когда Ноа займет место, около меня.

— Торн, — хрипло сказал Ноа, когда подошел ко мне. Бросив спортивную сумку на землю у моих ног, он обхватил мою шею руками, не сводя глаз с моего лица. — Ты в порядке, Торн?

Я знала, о чем он меня спрашивает.

Все ли в порядке с моей вагиной?

Подавив желание закрыть глаза и задрожать от жара, исходящего от его тела, я прошептала:

— Я в порядке, Ноа.

— Давай уйдем отсюда, — прорычал он, его дыхание обдувало мою шею. На этот раз я действительно задрожала. Это была неудержимая реакция.

Покачав головой, я слегка подалась вперед, обретая равновесие на огромной спине своего парня.

— Ты коварен, Ноа Мессина.

— Я - жизнь, — с ухмылкой ответил он, обхватывая меня за плечи своей мускулистой рукой.

— Пойдем…

Даже когда между Хоуп и Джорданом все пошло прахом, она продолжала носить обручальное кольцо на мизинце.

Вплоть до последней нашей встречи Хоуп носила это кольцо.

Мне до смерти хотелось расспросить ее о Джордане, но я с трудом сдержалась. Мне пришлось с трудом признать, что Ноа был прав. Подслушивать чужие разговоры было не совсем этично с моральной точки зрения.

Как бы то ни было...

— Он твой, Хоуп, — заметила я, откусывая еще один кусочек от своего сэндвича. — Напомни ему об этом.

— Как ты напомнила Ноа? — поддразнила Хоуп.

— Именно.

Я откусила три кусочка от своего сэндвича с креветками, когда внутри меня что-то произошло.

Что-то странное.

— О Боже, — выдохнула я, задыхаясь.

— Тиган? — раздался обеспокоенный голос Хоуп. — Ты в порядке?

— Хоуп. Мне нужно идти! — Бросив телефон, я зажала рот и застыла на своем месте, не дыша, когда огромная волна тошноты прокатилась по мне.

Льюис, который до этого момента покорно игнорировал меня, вскинул бровь.

— Ты в порядке, Тиган?

В порядке ли я?

Я так не думала.

Проглотив кусок рыбы, я медленно вдохнула, но это только усилило тошноту.

— Я…

Уф, говорить было очень плохой идеей...

Бросив оставшийся кусок сэндвича на тарелку, я прикрыла рот рукой и вскочила с места.

Пот струйками стекал по моему лбу, пока я отчаянно мчалась к туалету, борясь с непреодолимым желанием вырвать.

Я слышала, как Льюис зовет меня по имени откуда-то сзади, но не решалась остановиться или попытаться ответить ему.

Мне не нужно было оглядываться, чтобы понять, что он следует за мной.

Этот человек повсюду следовал за мной тенью, и я догадывалась, что Ноа платит ему за это немалые деньги.

Я понятия не имела, почему мое тело решило отвернуться от меня, как предательская сука, но сейчас я не могла об этом слишком много думать.

Я была женщиной на задании, и это задание заключалось в том, чтобы найти выход моему сэндвичу с креветками, причем быстро.

Ворвавшись в священный Грааль, дверь с символом женщины на ней, я вбежала в кабинку и упала на колени как раз в тот момент, когда содержимое моего желудка решило драматично покинуть мой рот.

***

Ноа

Наблюдать за тем, как Тиган четыре дня мучается от пищевого отравления, было чертовой пыткой. Знать, что я ни черта не могу сделать, чтобы ей стало лучше, было еще хуже.

Даже сейчас, когда я плавал в бассейне отеля с Лаки, мне хотелось только одного, развернуться и побежать наверх, чтобы проведать ее.