Повернув свой стул к моему, Ноа сжал руками края моего стула и без усилий прижал меня к своим ногам. Он наклонился вперед, и его широкая грудь растянула ткань его белой рубашки. Его узкая талия выглядела съедобной в тонко сшитом жилете, сшитом по нем.

— Я спросил тебя, хочешь ли ты потанцевать со мной, — повторил он, наклонив свое лицо к моему, уделяя мне все свое внимание.

Его теплое, пахнущее алкоголем дыхание обдуло мое лицо, и я вздрогнула.

Я знала, что была пьяна и балансировала на грани полного опьянения. То, как комната закружилась вокруг меня, и мое тело стало невесомым, убедило меня в этом.

Ноа выпил вдвое больше меня, но он был менее пьян, чем я.

В свою защиту скажу, что я не привыкла иметь в своем распоряжении столько бесплатного алкоголя, как, очевидно, Ноа.

Заправив один из моих локонов за ухо, Ноа провел большим пальцем по моему подбородку. — Ты всю ночь смотрела на танцпол.

Его губы были так близко к моим, что мне захотелось сказать: — Нет, я хочу заняться безумным, страстным сексом прямо здесь и сейчас, — но я сдержалась — едва — вместо этого сумев слабо кивнуть.

Ноа пристально посмотрел на меня на мгновение, его карие глаза обожгли меня. — Да, — хрипло сказал он, прежде чем откашляться. — Тебе нужно перестать так смотреть на меня, Торн.

Подняв бокал, я сделала большой глоток шампанского, отчаянно пытаясь охладить внутренний огонь.

Вытерев рот тыльной стороной ладони, я осушила остаток напитка и судорожно выдохнула.

Мой голос был гортанным и жадным — как и мое тело — когда он сказал: — Как?

Кадык Ноа дернулся в горле, его темные глаза стали еще более темными.

— Как ты хочешь, чтобы я раздел тебя и трахнул до беспамятства?

Он обнял меня и схватил бутылку пива со стола, прежде чем поднести ее к губам.

Я не была уверена, что делать или как реагировать. Я не собиралась отрицать то, чего я отчаянно хотела. Поэтому я молчала, ожидая, что Ноа сделает следующий шаг.

Резко встав, Ноа потянулся к моей руке, следующий шаг был сделан.

Группа начала играть фортепианную версию песни Элвиса Пресли Can't Help Falling in Love, когда он взял меня за руку и повел на танцпол.

— Я никогда не думала, что так сложится наша жизнь, — прошептала я, держась за него, пока он вел меня по танцполу.

Ноа усмехнулся. Взяв мою левую руку, он прижал ее к своей груди. — Это не то же самое, что карьер, это точно.

Его другая рука была растопырена на моей пояснице, и я хотела спросить его, где уличный боец научился танцевать так же хорошо, как он, но я боялась, что мне не понравится ответ, поэтому я воздержалась.

Эта ночь была слишком идеальной, чтобы портить ее прошлыми проблемами и старыми счетами.

Мы жили настоящим, и я не хотела, чтобы эта ночь заканчивалась. — Я могу сделать это для тебя сейчас, Тиган, — тихо заявил он, и впервые за долгое время он прозвучал как семнадцатилетний юноша, в которого я влюбилась. — Раньше я не мог, — продолжал он, кружась со мной по полу. — Но теперь я могу дать тебе весь мир.

— Мне не нужен весь мир, Ноа. — Поднявшись на цыпочки, я поцеловала его щетинистую челюсть.

Даже если он больше никогда не будет драться или выиграет миллион титулов, мне его будет достаточно.

Глубоко вздохнув, я снова опустилась и прижалась щекой к его груди. — Я хочу только тебя.

— Я всегда был у тебя. — Ноа опустил подбородок мне на голову, и это было так нежно, так нежно, что мое сердце забилось в груди. — Мы все исправим, Торн, — прошептал он.

Его сердце колотилось у меня на щеке.

Я влияла на него так же, как он на меня.

Это была утешительная мысль.

— Мы справимся, — продолжал он. — Я буду работать усерднее, чтобы это сработало с тобой, чем с чем-либо другим. — Он поцеловал меня в лоб. — Ты будешь моим главным приоритетом. — Он высвободил меня из своих объятий, прежде чем снова притянуть к своей груди. — Я никогда не перестану пытаться наладить наши отношения. — Его рука опустилась мне на талию. — Я ворвался к тебе, когда мы были в школе. — Снова раскрутив меня, он без усилий потянул меня назад, скользя нами по полу, как профессионал. — Я упал головой вперед, но я ни о чем не жалею.

Мое тело тряслось, я буквально дрожала всем телом, и я, казалось, не могла это контролировать.

— Ты стоила всего, — сказал он мне. — Боли. Тюремного времени. Ожидания. — Сжав руку на моей талии, Ноа уткнулся лицом мне в шею, пока мы покачивались под музыку. — Я бы не изменил ни минуты, потому что в этой главе нашей жизни я могу сохранить тебя.

Я обнаружила, что тону в словах Ноа и шепоте обещаний.

Зажмурившись, я отдалась всему, чем он был и чем он станет — потому что этого было бы достаточно.

Он держал меня так близко, касаясь моего сердца своими словами, обжигая мою кожу своими прикосновениями, запечатлевая во мне жизнь невысказанных обещаний и целей.