— Я пошел в хранилище, и все выглядело нормально, — продолжил Доусон.

— Дверь была закрыта и заперта? — спросил я.

Он нахмурился.

— Думаю, да. То есть я знаю, что она была закрыта, но не проверял замок. Я просто ввел свой код, как обычно, а потом открыл дверь.

Нужно будет попросить наших экспертов проверить замок на предмет взлома.

— И что потом произошло?

Доусон сглотнул.

— Я вошел внутрь и услышал кого-то. Я ничего такого не подумал. Просто крикнул, что я там, чтобы никого не напугать. Это место может быть чертовски жутким.

Мне захотелось улыбнуться, потому что я был согласен. Офицеры там не часто бывают, помещение пыльное, похоже на пещеру.

— Они ответили? — спросил я.

Доусон покачал головой.

— Ни слова. Все было тихо. Мне показалось это подозрительным, и я начал обыскивать ряд за рядом. Когда обогнул один из стеллажей, кто-то ударил меня. Я их даже не заметил.

Джин придвинулся к Доусону, показывая на его голову.

— У него тут приличная рана, скорее всего, придется накладывать швы. Полагаю, его ударили чем-то тяжелым. Возможно, фонарем или чем-то подобным.

— Езжай, проверь травму, — приказал я.

— Шериф... — начал Доусон.

— Никаких споров, — сказал я, пригвоздив его к месту жестким взглядом. — Ты не вернешься на работу без разрешения врача, ясно?

Доусон опустился на каталку.

— Спасибо, Кольт, — сказала Джин, улыбнувшись. — Он точно не собирался меня слушать.

Я помахал им обоим рукой, направляясь в участок. Молодежь. Думают, что они неуязвимы, пока мир не докажет обратное. Офицер за стойкой регистрации разговаривал по телефону, но указал мне на задний коридор.

С годами к участку пристраивали новые помещения, поэтому он напоминал лабиринт. Две двери, ведущие из приемной, не имели замков, но за столом всегда кто-то дежурил. Если у сотрудников был перерыв, им приходилось искать замену. Так что теоретически никто не должен был пройти мимо этой зоны.

Я толкнул дверь справа от стола и направился на звук голосов. В коридоре было несколько окон, но они не открывались. Единственным другим способом проникновения была пожарная дверь, которая привела бы в действие оглушительную сигнализацию.

Подойдя к двери в хранилище улик, я обнаружил, что двое наших техников по поиску улик уже работают. Не стоило удивляться, поскольку мой заместитель уже стояла у руля. Она взглянула на меня с того места, где присела рядом с нашим техническим экспертом.

— Кольт.

— Что у нас есть?

Она поднялась на ноги, выпрямившись во весь свой рост, который составлял всего пять футов два дюйма. Но если Софи Райан чему-то и не позволяла встать у нее на пути, так это своему росту. Я видел, как она и глазом не моргнув усмиряла мужчин в три раза выше себя.

— Насколько может судить Хэмм, взлом произошел здесь. — Райан жестом указала на пожарную дверь. — У них была какая-то техника, которая отключила пожарную сигнализацию. Затем они использовали выключатель сигнализации, чтобы получить доступ к хранилищу улик.

— А что насчет камер снаружи? — Я знал, что у нас есть как минимум два ракурса на эту заднюю дверь на всякий случай.

Райан покачала головой, в выражении ее лица появилось разочарование.

— Краска из баллончика. Тот, кто вломился, подошел к каждой камере сбоку и замазал объектив черной краской.

Я выругался. Все это не укладывалось в голове. Высокотехнологичные преступления не были характерны для Шейди-Коув. Я не мог вспомнить ни одного случая, когда бы использовались такие вещи, как выключатели сигнализации. И для чего?

— Можешь сказать, к каким делам был получен доступ? — спросил я.

Райан на мгновение замолчала, ее зеленые глаза стали пустыми.

— Я тебе покажу.

Отсутствие у нее реакции заставило меня насторожиться, когда я последовал за ней в хранилище улик. Мы старались избегать мест, где работали техники, но поиск места, на которое нацелился преступник, не занял много времени. Папки были перевернуты, а пакеты с уликами с бирками рассыпаны по полу.

Меня передернуло. Теперь все эти дела будут затронуты. Возможно, каждое дело в этом хранилище. Потому что адвокаты защиты будут утверждать, что доступ сюда имел злоумышленник. И они будут правы.

Я стиснул зубы, рассматривая разбросанные по линолеуму вещи. Затем замер. Здесь были документы по подозрительной передозировке. О наезде на человека, где водитель скрылся с места происшествия. Но в центре всего этого были документы по делу Эмерсон.

Все подробности о ее похищении были разбросаны по полу, как мусор. Ярость зажглась в моих жилах. Я знал только одного человека, который отчаянно хотел получить доступ к этим файлам. А также знал, что два дня назад помощник шерифа передал ей сильно отредактированную копию.