— Ты такая красивая, — прошептал он, обхватывая мое лицо ладонями. — Это больно. — Он сделал паузу, опустив лицо ближе к моему, прежде чем нежно поцеловать меня. — Как сильно я тебя люблю, — прошептал он, целуя меня снова, на этот раз глубже. — Это физическая боль, — его слова растворились на моих губах. — Любить тебя больно. И уходить от тебя больно. Всё это больно, Хоуп. Каждая чертова часть.

Мое сердце наполнилось так сильно, что, казалось, разорвется. Я накрыла его руки своими и сжала их. — Я здесь.

Безграничная любовь и преданность этому мужчине лились из каждой клетки моего существа. Я хотела исцелить его. Хотела любить его так сильно, чтобы он никогда больше не испытывал боли.

— Я рядом, Джорди.

— Я пуст внутри, Хоуп, — прошептал он, сжимая мое лицо крепче. Я приветствовала это давление — оно доказывало, что он здесь, со мной. Это был не сон. Он вернулся в мою жизнь. А я — в его постель. — Но я больше не буду тебя разочаровывать. Я больше не убегаю. Я больше не отталкиваю тебя.

— Всё хорошо, — выдохнула я, сердце бешено колотилось.

Он наклонился вперед, его лоб коснулся моего. — Я знаю, кто я, Хоуп — до черта сломанный. И я не уверен, что смогу дать тебе всё, что обещал. Но я здесь. Я твой. И я готов попробовать...

Я не могла больше слушать. Его боль накатывала на меня слишком сильно. Поэтому я просто поцеловала его.

Я жаждала его. Его внимания. Его любви. Его прикосновений.

Я потянулась к поясу его боксеров снова, судорожно пытаясь освободить его от ткани.

— Помедленнее, — прошептал он сквозь поцелуи, когда я почти взобралась на него.

Нет.

Ни за что.

Никаких замедлений.

Я притянула его к себе, царапая спину, словно голодный, полусумасшедший котенок, и начала извиваться под ним. Я не была незнакома с оргазмами — у меня их было предостаточно с моим верным вибратором, но сейчас мне нужно было нечто большее.

Что именно, я не знала.

Близость.

Интимность.

Любовь.

Его тело двигалось надо мной, его поцелуи уносили меня в трансовое состояние экстаза.

Я скользнула ладонями вниз по его спине, отчаянно желая ощутить каждую клеточку его кожи. Засовывая руки под его боксеры, я сжала его крепкие ягодицы.

И в этот момент всё рухнуло.

Резко оторвавшись от меня, Джордан стремительно отступил назад, глядя на меня так, будто я только что обожгла его.

— Что? — выдохнула я, тяжело дыша, приподнимаясь на локтях. — Что случилось?

— Никогда больше так не делай, — его голос был хриплым и дрожащим, полным гнева.

— Что не делать? — Я смотрела на него в полном недоумении. — Что я сделала?

— Не трогай меня там, — огрызнулся он, его глаза вспыхнули яростью. — Никогда больше, Хоуп. — Он провел рукой по своим волосам, разминая плечи. — Никогда больше.

— Но я думала, ты хотел...

— Нет! — рявкнул он. — Я не хочу…просто нет, Хоуп. Черт побери, нет.

И тогда до меня дошло.

Что я наделала.

Что я непреднамеренно спровоцировала.

Один невинный поступок заставил стены Джордана взлететь быстрее, чем пуля из пистолета.

— Мне так жаль, — выпалила я, потрясенная, вскочила с кровати и бросилась к нему.

Джордан увернулся от моих объятий и вышел из комнаты, тихо закрыв за собой дверь, оставив меня стоять в его спальне, ошеломленную.

Боже мой.

Что теперь делать?

Пойти за ним и заставить поговорить?

Остаться и подождать, вернется ли он?

Я чувствовала себя насильницей. Будто только что заставила собственного мужа сделать то, чего он не хотел. Отвращение пронзило меня, за ним последовала волна горькой обиды. Я не хотела этого. Не хотела его расстроить. Я просто пыталась показать свою любовь.

— Черт, — пробормотала я, поднимая с пола свою рубашку, джинсы и лифчик. С тяжелым сердцем я молча оделась и рухнула на матрас в отчаянии.

Я совершенно не понимала, как справляться с этим мужчиной и демонами, которые неотделимо сопровождали его после всего пережитого.

Я раздумывала, не уйти ли мне, возможно, именно этого Джордан и хотел, раз его так долго не было. Может, он ждал, что я просто уйду. Но я решила не делать этого. Я не трусиха. Я справлюсь с этим так же, как со всем остальным в своей жизни — лицом к лицу.

Джордан отсутствовал так долго, что в конце концов я забралась под одеяло и задремала.

Когда матрас, наконец, прогнулся под его весом, я была полусонной.

— Ты в порядке? — прошептала я, повернувшись на бок, чтобы посмотреть на него, но не осмеливаясь прикоснуться. Я не хотела повторения случившегося. Мне и так было достаточно плохо, и я не была уверена, что выдержу еще один удар по самолюбию.

— Да, — прошептал он в ответ, лежа напротив меня. — Мне жаль.

У меня сжалось сердце. — Мне тоже, — ответила я.

— Я думал, ты уйдешь, — добавил он, его голос был едва слышен. — Я бы тебя не винил.

Поверь, я думала об этом...

— Бегство — это твоя стихия, — сказала я, подперев щеку рукой и глядя на него. — А еще, кажется, я влюбилась в твой матрас.

Мои слова вызвали у него слабую улыбку.

— Я люблю тебя, — тихо сказал он.

Я с трудом подавила усталый вздох и ответила, что тоже его люблю, даже если мне больно быть рядом, не касаясь его.