- Не надо! - оборвал я ее. - Уходи.

Тишина. Затем осторожные шаги, удаляющиеся по коридору.

Я опустился в кресло, сжал подлокотники. В голове ни одной мысли, только ненависть, одиночество. Я усмехнулся, теперь это моя жизнь, смирись.

Я для всех стал урод. Что ж, я оправдаю их ожидания. Пусть боятся! - повторил несколько раз про себя.

Встал, подошел к окну. Двор замка был пуст. Слуги после инцидента со мной в панике разбежались, не выдержав мой изменившийся нрав и внешний вид. Остались только трое, самые стойкие. Я и раньше был жесток и суров, но после ожога мой характер вконец испортился.

Я смотрел на серые стены, на мрачные башни, на небо, затянутое тучами. И в этот момент раздался громкий удар во входную дверь.

Странно, кто бы это мог быть? Я подождал, чтобы управляющий успел подойти и спровадить незваного гостя. Ко мне редко кто приходил. Да и я никого не желал видеть! Но стук повторился. Снова и снова.

Мое терпение не выдержало. Где носит управляющего?! Почему я вынужден сам открывать дверь? Сначала я не хотел этого делать. Но голова трещала так сильно, а еще этот стук…

Поморщившись, я медленным шагом направился в сторону входных дверей. По мере того, как звук становился громче, мое раздражение усиливалось. Надо срочно прогнать очередного просителя.

Отодвинув тяжелый засов с едва слышимым скрежетом, я отступил в тень дверного проема, чтобы гость не увидел, как барон вынужден сам открывать дверь.

- Кто? – пробасил я низким, нарочито грубым голосом.

- Эмм… - отозвался звонкий, удивительно мелодичный голос. – Я – Люсьена Шелл. Я пришла поговорить с бароном Морвейном.

- Не принимает. Уходи! – отрезал я, не скрывая досады. В голове мелькнуло - не знаю таких девиц. Скорее всего - одна из моих девок на ночь. Я никогда не запоминал их имена.

И только начал закрывать тяжелую дверь, как наглая посетительница мгновенно просунула ногу в щель и затараторила с поразительной скоростью:

- Барон меня обязательно примет! Передайте, пришла Люсьена Шелл.

Я хмыкнул. Обязательно примет? Пораженный ее настырностью, почувствовал некое любопытство.

Медленно приоткрыл дверь. Вгляделся внимательно в дерзкую девку, оставаясь ею незамеченным.

Передо мной стояла крестьянка. В бедном поношенном платье, но чистом. Светлые волосы собраны в узел. Невысокая, однако с гордо выпрямленной спиной.

Я усмехнулся. С такой я даже по пьяни не лег бы в постель.

- Убирайся! Пошла вон! Как надоели приставучие попрошайки!

Девушка нахмурилась, но не отступила. Ее голос прозвучал твердо, почти угрожающе:

- Пустите к барону, у меня для него важная информация!

Я рассмеялся. Вот же уперлась. Сапогом пихнул ее ногу, пытаясь закрыть дверь. Но девка стала протискиваться всем телом, не давая створке сдвинуться ни на дюйм. Я усилил напор.

И тогда она закричала - громко, пронзительно:

- Я беременна от барона! Мне надо срочно его увидеть!

Я замер. Рука так и повисла на дверной ручке. Девушка с решимостью в глазах вглядывалась в темноту..

Признаюсь, она смогла удивить. На долю секунды я растерялся. Но вскоре взял себя в руки. Чего только не выдумают, чтобы выудить у меня деньги.

Вероятно, она еще не знала, кем я стал. Не представляет, с кем связалась.

И чтобы ее напугать, заставить признаться во лжи, я резко вышел из тени. Специально подставив на вид левую сторону лица, самую пострадавшую от огня, с бугристыми багровыми шрамами на красной обгоревшей коже.

Я посмотрел на нее холодным, уничижительным взглядом, уже предвкушая, как она побледнеет, отчаянно завизжит и с привычным криком «чудовище!» бросится прочь.

Девушка подняла на меня взгляд, вздрогнула, слегка прищурилась, будто пытаясь разглядеть что‑то за шрамами, и произнесла тихо, но уверенно:

- Так это вы барон Морвейн?

Признаюсь, я был озадачен. Ее реакция застала меня врасплох. Я ожидал страха, слез. Но не этого обыденного спокойствия.

Расценив мое молчание, как согласие, девушка сделала реверанс и толкнув плечом дверь, протиснулась мимо меня.

- У меня к вам разговор, ваше благородие. Предлагаю переместиться в кабинет. Некрасиво разговаривать с дамой на лестнице.

Серьезно?! От ее наглости я опешил. Сделал шаг, схватил ее за руку и потащил, чтобы силой вышвырнуть за дверь, раз не понимает «Нет».

Девушка стала упираться, а потом закричала:

- Люди добрые! Что творится! Обижают добропорядочную вдову! Слабую женщину! У которой муж погиб, защищая границу! Где справедливость?

От ее крика у меня еще сильнее стала раскалываться голова. Я перестал ее тянуть, заткнул рукой рот, чтобы ее успокоить.

Но эта мелкая дрянь укусила мою ладонь, и попыталась высвободиться из захвата.

Тогда я со всей силой впечатал ее хрупкое тело в свое и прошептал грозно на ухо:

- Если сейчас не заткнешься, я прибью тебя на этом месте.