- Зачем же разводится с таким хорошем мужем? – чуть ли ни с обидой поинтересовалась она. – Красивый, заботливый, добрый. – Она загибала пальцы, перечисляя его достоинства. – Я было рассердилась, что он меня обманул, но уже простила. Его осторожность можно понять. И он вас не бросил, помогает. Княжич, опять же!

- Вот именно, - кивнула я. – Он слишком хорош для меня.

- Вы из приличной семьи, - возразила Таня. – Илья Никифорович не последним человеком был.

- Батюшка был купцом, а Влад… княжич Владислав – сын Великого Князя. Мы из разных сословий. Зачем ему такая жена, как я? У меня и приданного нет. Я нищая, Таня. Пойми!

- Что за глупости! – Она всплеснула руками. – Я уж думала, память к вам давно вернулась. И какая ж вы нищая при таком муже?

- Нет, я не все вспомнила, - осторожно произнесла я. – Танечка, а ты о чем?

- Дед ваш, Никифор Богданов, с родителями рассорился, из дома ушел. Запамятовали? Вам батюшка рассказывал, и я это слышала.

- И что? Таня, я же сказала, что не помню! – рассердилась я.

- И-и-и… - протянула Таня. – Вон оно что… Так дед ваш принадлежал к боярскому роду Пронских, пока его из родовой книги не вычеркнули.

- А почему… Богданов? – растерянно спросила я.

Вот уж не ожидала такого поворота!

- Говорю же, из родовой книги вычеркнули. Фамилии рода лишили. Эта – новая, стало быть.

- Погоди… родовая книга? В роду были ведуны?

- Естественно! Но у деда вашего и силу отобрали, отсекли от семейного источника, печати наложили. Только по происхождению вы никак не ниже Владислава Николаевича! А то и выше, все же он… бастард.

- Не выше, - возразила я. – Его отец признал, а моего деда изгнали. К роду Пронских я не принадлежу. Кстати, а почему с дедом так поступили?

- Вот этого не знаю, не все слышала, - призналась Таня. – Это надо у Кузьмича спросить. Он давно Богдановым служит.

Еще и Кузьмич! Таня пока при мне, а старик не устроен. И дочь надо забирать. Я опять загрустила, осознавая, что вся надежда – на Влада. Кажется… он что-то ко мне испытывает… Иначе к чему тот поцелуй?

Разум подсказывал, что мужем и женой нам не быть. И даже если у Влада есть ко мне чувства, самое большее, на что стоит рассчитывать – это роль любовницы или содержанки. Хм… А есть разница?

В дверь позвонили, и Таня пошла открывать. Вернее, посмотреть, кто явился, ведь Влад велел никого не принимать. Вскоре она вернулась, но не одна.

- Прошу прощения, что вторгаюсь без приглашения, - заявила миниатюрная блондинка, едва переступив порог комнаты, - но полагаю, что официального представления я не дождусь.

Я встала, и шаль, соскользнув с плеч, упала на пол. Женщину я узнала, хотя никогда прежде не видела. Оказалось, что Влад очень похож на мать.

- Лидия Алексеевна, - представилась она, протягивая мне руку. – Влад просил меня воздержаться от визита, но…

Она окинула меня внимательным взглядом.

- Прошу вас, присаживайтесь, княгиня, - предложила я – Чаю?

- Лидия Алексеевна, - напомнила она. – Обойдемся без титулов. И нет, чаю не нужно, благодарю. Я ненадолго. Не смогла сдержать любопытства. Все же Владушка женился первым. И это так… неожиданно.

Что-то такое я предполагала. Влад слишком наивен, если решил, что мать спокойно воспримет новость о невестке. А ведь есть еще и отец. Но этот сам не явится. Скорее, за мной явится кто-нибудь по его приказу.

- Вам не стоит беспокоится, Лидия Алексеевна, - сказала я. – Владислав добр ко мне, но и только. Мы разведемся раньше, чем о нашем союзе станет известно.

- Так вы не любите моего сына?

Вопрос поставил меня в тупик. Еще бы! Он был задан не с облегчением, а с негодованием. Как будто не любить Владислава – тяжкое преступление. Но разве княгиня не должна меня ненавидеть?

- А как Влад объяснил… мое присутствие? – спросила я.

- Никак, - сообщила она. – Полагаю, отец запретил ему говорить об этом со мной. Но вы же никому не давали слово молчать?

- Не давала…

- Поэтому я надеюсь узнать обо всем от вас, - улыбнулась княгиня.

Она не казалась мне злой, не смотрела с ненавистью. Умело играла? Навряд ли. Во взгляде – лишь любопытство. И вообще, Лидия Алексеевна выглядела прекрасно – красивая, элегантная, ухоженная дама… в самом расцвете сил. И вот что странно! Ее присутствие… успокаивало.

Я не успела начать рассказ. Неожиданно вернулся Влад. И с ходу набросился на мать с упреками.

- Мама! Я же просил! – возмущался он. – Я просил не беспокоить Марьяну! Ты обижаешься, когда я что-то скрываю, но игнорируешь, когда я о чем-то прошу!

На лицо Лидии Алексеевны набежала тень. А мне стало ее жаль. Я не понимала, как можно так грубо разговаривать с матерью, даже если она сделала что-то не так. Свою маму я потеряла рано, и искренне злилась на людей, не умеющих ценить материнскую любовь. Ведь не обо мне беспокоилась Лидия Алексеевна, а о сыне.

- Влад, прекрати! – воскликнула я, не сдержавшись. – Ничего не случилось, мы просто беседовали. Твоя мама имеет право знать правду!

В комнате воцарилась тишина. Влад удивленно смотрел на меня, Лидия Алексеевна – тоже. Как же они похожи!