Он затихает, будто прислушивается к голосу моему. Перехватываю его поудобней, и в глаза заглядываю. И даже забываю, что сказать хотел…

Из-под яркой панамки на меня глядит пара серо-голубых глазищ, которые я будто уже где-то видел…

Но пацан снова взвивается у меня на руках:

— Мама! — орет он, переходя на ультразвук.

— Да понял я, понял, — уговариваю его. — Мы прямо сейчас идем к твоей маме. Еще бы ты подсказал, где ее искать, — фыркаю недовольно.

А пацан вдруг… пальцем указывает куда-то в сторону, и орет, теперь уже радостно почему-то:

— Мама!

Я слышу звук приближающейся машины, и отхожу с узкой дороги, чтобы не мешать. Но машина так и останавливается у меня за спиной.

Повернуться не успеваю, как вдруг слышу приказ:

— Сейчас же поставил ребенка на место, иначе я буду стрелять, — голос ее дрожит.

А у меня сердце останавливается.

Прямо как тогда, когда я увидел свою жену через разбитое окно…

Поворачиваюсь медленно, желая убедиться, что мне не показалось. И буквально дар речи теряю, обнаруживая перед собой… совершенно другую женщину.

Взрослее.

Явно строже, — возможно так кажется из-за пистолета, что она реально сжимает в пальцах.

И будто красивее даже, если такое вообще возможно, ведь она всегда казалась мне просто потрясающей.

И все такую же манкую…

— Принцесса моя, — хриплю я.

Кажется на секунду эта ее строгая маска спадает. А за ней вся та боль, что я ей причинил. Страх. Ненависть. И… тоска.

Блядь. Надо свалить срочно.

Я ведь права не имею даже дышать рядом с ней. После того, как из-за меня она потеряла ребенка…

— Мама! — вдруг радостно взвизгивает пацан в моих руках.

И я по инерции отпускаю его.

Он срывается вперед, и вжимается в коленки моей жены…

А я так и смотрю на этих двоих не в силах понять, какого черта тут происходит?

Так он сын… моей Ариши?

Потому и глаза показались такими щемяще-знакомыми.

Но если он ее, то значит…

— Он мой? — глухо выдавливаю из себя, не в силах поверить, что она могла так жестоко меня обмануть.

— Он мой, — эхом отзывается Арина, подхватывая на руки сына.

Она тут же шагает к машине и прячет от меня крохотного мальчика на заднем сиденье своей дорогой тачки.

И я смотрю на них, не веря своим глазам. Они так похожи, что я должен был сразу догадаться чей он. Но я думал, что это фантазия разыгралась. Ну или пьяный просто…

Меня разрывает изнутри от дичайшего предположения. Неужели и правда мой?!

Я ведь сдохнуть хотел.

А потом еще это дело против меня ее папаша сфабриковал. И я ведь даже не пытался защищаться, покорно принимая это как свое наказание за то, что… собственного ребенка убил.

Но друзья мои упрямые в лепешку чуть не расшиблись, чтобы доказать мою невиновность, и вытащить меня, все тот же Яр с Захаром. А я жить не хотел. И рад бы был принять хоть смертную казнь за своего малыша.

Но выходит… что он жив.

И его от меня скрыли.

А меня самого пытались упечь за решетку, явно надеясь, что я никогда его не увижу!

Внутри такая злость закипает, что я шагаю к жене, с намерением немедленно выяснить правду:

— Отвечай сейчас же, Арина! — рычу я.

Но она приподнимает в руке пистолет, пытаясь меня так напугать.

Однако хуже того, что они уже сделали — точно не получится. Поэтому я шагаю в упор, пока холодное дуло не упирается мне в грудь через тонкую рубашку.

Справедливости ради, пистолет моя нежная принцесса держит вполне уверенно, не зря ведь генеральская дочка. Я своих детей тоже обороне научу обязательно. Только сначала заполучу их…

— Гори в аду, Измайлов, — шипит моя фурия. — Я уже сказала: он мой. И к тебе ни малейшего отношения не имеет!

Кажется этот огонь в ее глазах делает ее еще красивее. Я еще голодный такой. А она сексуальная — пиздец. Как раньше.

Или даже еще сильнее. Ведь теперь явно не девочка наивная. Это бесит, потому что нет в ее глазах красивых больше того обожания. Но и заводит дико, потому что ощущение, что моя принцесса больше совсем не папина дочка. Скорее уж королева.

И неужели сына мне родила? Но скрыла, зараза? Я этого точно так не оставлю…

Ловлю ее ручку на своей груди, и поправляю так, чтобы если что, то сразу насмерть.

— Лучше стреляй, милая, — хриплю я. — Потому что если не убьешь меня сейчас, то я все выясню и… заберу вас себе! — угрожаю я.

А в ответ звучит… выстрел.

Оказалось это лучше чем то, что она сказала потом…

...

Не спешите с выводами, девчата) все намного интересней и запутанней, чем вам могло показаться🫶🏻