Четверо монахов, оставшихся вместе с главным, внесли в комнату по сосуду, в каждом из которых сосредоточилось по стихии: вода плескалась в прозрачном кувшине, воздух находился в закрытой сфере, земля, на которой росли сорняки, расположилась на глубокой чаше, а на плоском подносе горел огонь.

- Главное обрести гармонию в себе, тогда она будет царствовать в отношениях. Сохранность брака – это проявление мудрости, миролюбия и терпения, связь между которыми поддерживается любовью. Научитесь видеть не только свои желания, но и желания супруга, быть терпеливыми к недостаткам ближнего своего, а главное видеть правильный порядок вещей. Перед вами четыре стихии. Вода тушит огонь, огонь может выпарить воду, земля - потушить пламя, а пламя сжечь кислород. Но если мы немного изменим порядок, - монах посмотрел на чашу с землей, к которой поднесли поднос с огнем, - пламя сжигает сорняки на почве, дает новую жизнь прекрасному, - через некоторое время сквозь почву пробился росток. – Если добавить немного воды и воздуха, то росток окрепнет и станет прекрасным цветком, - несколько секунд было достаточно, чтобы распустились белые лепестки, родив нежную ромашку. – Гармония. Учитесь находить её во всем, даже, казалось бы, в совершенно несовместимых вещах. Повернитесь друг к другу.

Мы послушно сделали то, что просил монах. Мне пришлось сильно задрать голову, Даррелл был очень высоким. Наши взгляды были неотрывны, после чего мы закрыли глаза, и я услышала мелодию своего сердца. Оно пело и трепетало от счастья, окутавшего меня. И тут я почувствовала связь с Дарреллом. Он стал моей неотъемлемой частью, словно сросся с моим сердцем. Я видела его чувства, ощущала их. И они были в точности такие же, какие он поведал мне. Мы раскрыли глаза, долго смотря друг на друга, словно нам было мало этих взглядов, словно нам открылась мировая тайна, неизвестная только нам двоим.

К нам подошли монахи, нацепив на наши руки (на мою - правую, его – левую) обручальные браслеты, которые засветились, а потом потухли, став обычными металлическими украшениями. И хотя они были не настолько прекрасны, как мое кольцо, они уже стали моими драгоценностями.

- Отныне и навеки вы нераздельно связаны друг с другом, - сердце набирало темп, под маской-переговорником уже расцвела улыбка. - Отныне и навеки вы обязаны защищать друг друга, - я мысленно поклялась себе в этом. - Отныне и навеки вы муж и жена.

Зазвучали хлопки в ладоши, раздававшиеся с определенным длинным периодом. Они нарастали, словно звуки гонга, после чего открылась дверь и в неё зашли монахи, окрестив собой путь назад. Я выдохнула, повернувшись к монаху. Опять я чувствовала, что он улыбается, указывая нам рукой на выход. Переглянувшись со своим мужем, я закусила от радости губу, чтобы не расплакаться, и медленно двинулась в сторону выхода.

Все это время во мне что-то нарастало. Я чувствовала рев драконицы внутри меня, которая будто сбрасывала оковы. В какой-то момент я ощутила, что теряю рамки собственного тела, а спустя пару минут воспарила в небо. Я не могла поверить, что мой собственный дракон сбросил ненужные ей оковы и обрел желанную свободу! Я обрела эту свободу! Я летела всё выше, как безумная, хватая воздух и пытаясь приблизиться к звездам. Мне хотелось ощутить все больше и больше ветра под собственными крыльями, почувствовать их силу и ощутить собственную слабость, ведь только в слабости мы понимаем, что живем.

Даррелл летел рядом, он смотрел на меня восхищенно и в тоже время с облегчением. Он был искренне рад за меня и ему нравилась моя драконица. Они общались через нас, но были так же влюблены друг в друга, как и мы. Нам нужно было это единение, чтобы раскрыть мой потенциал, чтобы самоуверенность Даррелла сломала все рамки вдребезги. Издав протяжный вой, я выдала струю огня, отчего Даррелл отшатнулся в сторону. Радостная от произведенного фурора, я выпустила еще пламя, которое схлестнулось с ледяным потоком дыхания Даррелла, и на землю полетел дождь от конденсации капелек влаги в воздухе и таяния льда.

Мы летали и не могли налюбоваться. Где-то внизу с корабля на нас восхищенно смотрели родители, но в этот момент для меня не было даже их: лишь наши с Дарреллом драконы, которые словно обезумели от счастья. Наконец, я выдохлась из сил, поэтому мы спикировали вниз. Когда я обернулась, то ко мне подбежал Даррелл, заключив в объятия и принявшись целовать.

- Я знал, я верил, - шептал он, и я отвечала ему самой счастливой из улыбок.

На корабле нас встретили родители. Они долго высказывали свои восхищение и радость от первого вылета моего дракона, и только потом искренне поздравили нас, хотя мама не забыла напомнить, что на родной планете нас всё равно ждет повторная высокобюджетная свадьба.

- Эх, а Даррелл так хотел сэкономить, - усмехнулась я, за что получила недоуменный взгляд моего жениха. Негромко рассмеявшись, я пожелала родителям добрых снов и утянула мужа в каюту.