В этом даже была определенная ирония: стоимость любого груза, размещенного на лайнере легально, будет возмещена страховой компанией. Те же, кто решил побаловаться контрабандой, не получат вообще ничего, даже пожаловаться не смогут. Впрочем, такая ирония не забавляла, если учесть, что обогатятся за счет этого жестокие убийцы.

После капитана к медикам послали поваров. У них как раз серьезных травм не было, так, ушибы и порезы, но с этим следовало разобраться, потому что новые хозяева лайнера спешили возобновить работу ресторана. Да и понятно, почему: им нужно было кормить собственных людей – и сотни заложников, ожидавших выкупа.

Шеф-повар, все еще бледный, но уже не рыдающий, успел сменить штаны – ему выдали одежду кого-то из мертвых охранников. Скорее всего, не стали бы озадачиваться таким, позор этого типа забавлял пиратов, но вонь и антисанитария на кухне вряд ли привлекали их руководителей.

Теперь обладатель личной звезды Мишлен и подмоченной репутации смотрел куда-то в сторону и делал вид, что ничего не случилось, пока Пётр обрабатывал ссадину у него на виске. Ивона возилась с женщиной, которой следовало зашить порез, а Катя пусть и не профессионально, но вполне ловко перебинтовывала руку повару-здоровяку.

Первое время они работали молча, Пётр ожидал, что так будет и дальше, но нет, тишину нарушила Ивона.

– Послушайте… А это разве не наш шанс?

– Что и на что? – уточнил Пётр. Лихорадочный блеск в глазах коллеги ему не понравился, это тянуло на истерику, развитие которой сама Ивона не заметила.

– Освободиться! Ведь явно же если кого и отпустят, то не нас, мы – никто, обслуга всего лишь!

Она говорила на английском, чтобы ее поняли все. Ивоне казалось, что ее слова вдохновят на сопротивление и поваров, но шеф-повар еще больше побледнел – хотя минуту назад Пётр поклялся бы, что такое невозможно.

– Нет! – отрезал шеф-повар. – Не надо путать одно с другим, вы – прислуга, я знаменит! Я сам могу заплатить за себя выкуп, меня никто не тронет! Я даже слышать не хочу о ваших авантюрах!

– Я не думаю, что они настолько увлекаются высокой кухней, что знают, кто такой Вернер Клопп! – настаивала Ивона.

Пётр, не знавший имя шеф-повара, удивленно покосился на пациента, а Катя и вовсе не сдержалась, нервно хихикнула. Но Вернер, не владевший русским, не принял это на свой счет, он продолжил смотреть на Ивону.

– Я сказал нет! Я чудом выжил, второе чудо мне вряд ли достанется!

– Хорошо, даже если пощадят тебя одного, такого исключительного, твою команду точно убьют! Ты готов это допустить?

– Я с этим ничего не могу сделать, – пожал плечами шеф-повар. – Моя задача – кормить людей, а не травить их!

– Это не люди, это убийцы!

– Они – да, а я убийцей становиться не собираюсь! Да и вообще, готовить мы явно будем одно на всех. Как ты убедишься, что отравятся пираты, а не все остальные?

– Ну… не знаю, – растерялась Ивона. – Можно как-нибудь по-особому подать им еду…

– Что им там подавать? Они берут, что хотят! Да и потом, они наверняка будут есть по очереди, по сменам… Одни, может, и отравятся, но другие, заметив это, расстреляют нас!

– Так мы дождемся, пока они разделятся!

– С чего им разделяться? – изумилась Катя.

– Капитан сказал, что они нашли в трюме много ценного, – напомнила Ивона. – Если там действительно много, да еще сейфы какие-то, это вряд ли будут забирать одним махом при отступлении. Думаю, перевозкой займутся в ожидании выкупа, часть пиратов будет тут, часть – в трюме. И если вы отравите тех, кто останется тут, мы сможем…

– Я даже пробовать не собираюсь! – перебил ее Вернер.

– Да как ты можешь быть таким трусом?!

Тут в разговор наконец соизволил вмешаться здоровяк. На английском он общался не слишком уверенно, да и вряд ли в целом отличался болтливостью, он предпочел говорить по существу:

– Вы можете быть трусами или храбрецами, но все дураки.

– Почему это? – оскорбилась Ивона.

– Нечем травить! – развел руками здоровяк. – Дорогой ресторан. Нету яда! И ничего похожего на яд нету!

– Может, какой крысиный есть поблизости?

– Действительно, редкостное скудоумие, – закатил глаза Вернер, наконец почувствовавший точку опоры. – Такие вещества будут хранить в относительной близости от кухни разве что самые убогие забегаловки. На «Хангане» подобные вещества вообще на другом этаже! Чтобы они даже случайно не попали на кухню.

– Хорошо, а чистящие средства какие-нибудь?

– Тоже далеко, в запертой подсобке, код от которой знают только горничные. И по той же причине!

Ивона сердито фыркнула и метнулась к ящику с лекарствами. Может, повара и не поняли, что она делает, а вот Пётр догадался сразу. Настал его черед разочаровывать ее:

– Бесполезно. У нас очень мало препаратов, и тех, что вызывают быстрое отравление, среди них нет. Так мы ничего не сможем сделать.

– Но мы же не можем пойти на заклание! – Ивона бессильно сжала кулаки. – Я не готова отдать свою жизнь просто так!

– Ну, заколи их шприцем, – хмыкнул шеф-повар.

– Тебе кажется, что это смешно?!