Я же оставил ведро у входа и вышел на улицу услышав ржание лошади. Подъехала телега запряженная двойкой лошадей. На телеге сидели три крепких мужика в льняных рубашках с закатанными рукавами.

— Здоров Ярик. — Поприветствовал меня мужик с шрамом над губой. — Борзята сказал мебель у тебя забрать.

— И тебе не хворать Серый. — Кивнул я. — Проходите. Всё внутри.

Мужики спрыгнули с телеги, вошли в мастерскую и быстренько выволокли из неё лавки, полку и сундуки. Стол же они несли так, словно в их руки попал не предмет мебели, а икона. Разинутые рты, боятся дышать, грузят на телегу так бережно, как мать родную.

— Ети её мать. Эт чё за красотень? — с придыханием произнёс грузчик.

— Ага. Аккуратнее смотри. Если ухайдохаем её, Борзята с нас шкуру спустит. — рыкнул мужик с шрамом на губе.

С горем пополам они погрузили стол, на телегу взобрались двое, придерживая стол слева и справа. Третий взял лошадей за вожжи и медленно повёл по ухабам.

— Всё, бывай Ярик. Мы погнали. — Махнул мне один из грузчиков и они медленно поехали к дому Борзяты.

Я же вернулся в мастерскую и… И понял что у нас нет досок. Вообще никаких. Обрезки есть, но мелкие, из них красивой композиции не выйдет. Да и денег на покупку досок у нас нет. Всё что было ушло на лечение мастера…

Я заметил что Петруха вертит заготовки каркаса и так и эдак примеряя их друг к другу. Стало понятно что он не самый сообразительный малый. Но думаю разберётся, ведь две длинные и две короткие доски, хочешь не хочешь, а сколотишь верно. А пока он развлекается, самое время наведаться к моему заказчику или вернее сказать деловому партнёру.

Выйдя из мастерской я направился к дому купца и застал Борзяту во дворе, где тот наблюдал за разгрузкой мебели. Двое работников осторожно снимали с телеги сундуки, лавки и полку, а купец стоял рядом, скрестив руки на объёмном животе, и контролировал процесс с видом полководца, принимающего трофеи.

Мой эпоксидный стол, единственный в своём роде уже стоял под навесом, накрытый рогожей. Борзята то и дело косился в его сторону с выражением человека, который купил золотой слиток за медную монетку.

— Борзята Кузьмич, — начал я, подходя и стараясь дышать ровнее, потому что после забега по лесу с мешком мха лёгкие посвистывали, — нужно обсудить кое-что по производству.

— О! Ярик! — радостно всплеснул он руками и хлопнул меня по плечу. — А я как раз тебя добрым словом поминал.

— Может вспоминал? — Поправил я собеседника и тот расхохотался.

— А-ха-ха-ха! И это тоже. Да. — Кивнул он. — Ну давай, чего там у тебя? А то мне в город скоро ехать, стол на показ выставлять.

— Мне нужна древесина, — сказал я. — Доски сухие, выдержанные, без сучков и свилеватости. Длина не меньше двух метров, ширина двадцать сантиметров, а толщина в два пальца. Сосна или берёза, не принципиально.

Борзята поднял бровь и усмехнулся:

— Опа! Сапожник без сапог, что ли? Ты ж в мастерской работаешь, у вас там дерева завались!

— Древомир прихворал. А из меня весьма паршивый лесоруб. Если возьмусь рубить, возить и сушить древесину, то вы ближайший стол года через пол увидите.

Борзята почесал бороду и кивнул:

— Полгода это долго. — Подумав он продолжил. — Ладно. Это не проблема. У меня свояк на лесопилке трудится. Там своя сушильня имеется и доски всегда в наличии. Могу закупать для тебя по сходной цене. — Борзята улыбнулся и мне его улыбка не понравилась. — Двухметровые будут стоить по серебрушке за штуку.

Серебрушка за доску? Я мысленно прикинул себестоимость одного стола и почувствовал, как радость от сделки с Борзятой слегка поблёкла. На столешницу нужно минимум две доски на основу и обжиг, а ещё нужен брус на ножки. Если так подумать то с такими ценами я в минус конечно не уйду, но буду очень близок к этому.

Отдай Петрухе четыре серебрухи, Борзята заберёт ещё минимум пять штук и что останется? Восемь серебряников за то что я буду рисковать своей жизнью? Да-а-а. Не дорого же стоит моя шкура. Придётся торговаться.

— Кузьмич, совесть то имей. Ты на ком заработать решил? На деловом партнёре? — Сказал я сложив руки на груди. — Мне ещё и брус нужен будет. Так то я не дурак, понимаю что ты столы мои будешь продавать в разы дороже чем покупаешь у меня.

— Ярик, ты и меня пойми. Я ж не могу из своего кармана тебе доски покупать. — Доверительно произнёс он приобняв меня за плечи. — Тут же что получается? Ты деревяху только сделал, а мне нужно отвезти её, арендовать место для выставки, за охрану опять-таки заплатить, плюс налоги. Считай в минус для себя работаю! И то лишь из уважения к тебе и Древомиру.

— Сам то веришь в то что говоришь? — Усмехнулся я глядя ему в глаза.

Борязат помедлил оценивая меня взглядом. Видать пытался понять удастся меня обдурить или нет, а после вздохнул.

— Ладно. Будут тебе доски по шесть медяков за штуку. И брус по той же цене.

— Ты хотел сказать по три медяка. Всё таки это общее предприятие и затраты принято делить пополам.