Я мертвой хваткой вцепилась в простыни. Каждое прикосновение его губ было изысканной пыткой, но Уайетт чувствовал, когда я была на грани, и отступал как раз перед тем, как меня накрывало оргазмом. А потом снова дразнил меня с ума лёгкими движениями и прикосновениями, от которых мне хотелось кричать.

— Ради всего святого, не останавливайся. Уайетт, пожалуйста, не останавливайся!

Я легла на подушки, сердце билось со скоростью двести ударов в минуту, но заставила себя сделать глубокий вдох и разжать пальцы.

Уайетт усмехнулся, и в этом звуке было слишком много мужского удовлетворения. Если бы я была сильнее и не пыталась так отчаянно оставаться в сознании, то вцепилась бы ему в волосы и заставила его ласкать меня, пока не кончила бы ему на лицо. Но мои руки ослабли, и меня снова охватила изматывающая усталость.

— Ты такая красивая, — пробормотал он, прежде чем снова устроиться у меня между ног. Его глаза сияли, пока он с радостью доставлял мне удовольствие.

Я закрыла глаза и запрокинула голову, позволяя себе насладиться этим ощущением.

Уайетт умело посасывал, облизывал и покусывал, пока я снова не достигала пика. Каждая клеточка моего тела дрожала, а в животе словно сжималась пружина.

Но, как и прежде, Уайетт остановился, когда я уже была готова взорваться от оргазма.

Я не смогла сдержать рычание. Желание, которое он во мне пробуждал, было таким сильным. Оно почти причиняло боль. Я никогда так отчаянно не хотела мужчину.

Словно почувствовав, что я скоро забуду даже свое имя, Уайетт наконец пополз вверх по моему телу, к моим губам.

— Ты невероятна, — прошептал он и нежно поцеловал меня в губы. — Такая отзывчивая. — Он прикусил моё ухо. — Я мог бы делать это с тобой всю ночь.

Я застонала.

— Нет, не всю ночь. Сейчас. Я больше не выдержу.

Он довольно усмехнулся.

Желая прикоснуться к нему, нуждаясь в том, чтобы он заполнил меня и довёл до оргазма, я провела руками по его твёрдому прессу, наслаждаясь шелковистостью его кожи и твёрдостью мышц под моими ладонями.

У него перехватило дыхание.

Я с трудом сдержала смех. Я была слаба, но не парализована. Я всё ещё могла поднять руки, погладить его и поцеловать в шею.

— А я думал, что мне придется делать всю работу, — хрипло сказал он, когда я опустила руку ниже и скользнула пальцами в его боксеры, чтобы провести ими по его шелковистому члену.

— Я внезапно почувствовала прилив сил.

Он зашипел, когда обхватила его член и сжала, а затем начала гладить.

Каждая мышца в его теле напряглась, вены на шее вздулись, как толстые канаты.

— В эту игру могут играть двое, — прошептала я и прикусила его за мочку уха.

Он задрожал, а потом глухо застонал.

Я провела языком по его коже, а затем прикусила чувствительное место у основания шеи. Из его горла вырвался низкий рык, но затем Уайетт прижал меня к себе и поцеловал.

Я ахнула от его силы.

Словно осознав, как грубо он только что сжал меня в объятиях, Уайетт внезапно ослабил хватку и встревоженно посмотрел мне в глаза.

— Ты в порядке?

Я быстро кивнула, не в силах произнести ни слова.

— Я причинил тебе боль?

— Нет.

— Ты хочешь, чтобы я остановился?

— Боги, нет!

Он с облегчением улыбнулся, а затем снова наклонился, и наши губы слились в поцелуе.

Я ахнула, когда он ещё глубже втиснулся между моих бёдер и обхватил мою задницу мозолистыми руками.

— Ты такая мокрая для меня, — прошептал он. — Я чувствую твой запах.

Все мое тело напряглось, и я глубже погрузилась в подушку, а затем встретилась с ним взглядом.

— Всё это для тебя.

Он глухо зарычал, и в его глазах вспыхнул волк.

— Больше никаких игр, — прошептала я. — Ты нужен мне. Сейчас.

Он сжал челюсти, его грудь вздымалась, и он с мучительной медлительностью стянул с себя боксеры. Его член был твёрдым, готовым и таким большим, что я не могла отвести взгляд.

Наконец обнажившись, он опустился вниз, и его член коснулся моего входа.

Я зашипела от удовольствия и приподняла бёдра, умоляя его войти в меня.

Но Уайетт снова поцеловал меня, от этого глубокого поцелуя у меня поджались пальцы на ногах, а сердце было готово выпрыгнуть из груди.

Уайетт прижался ко мне и застонал, я раскрылась перед ним, более чем готовая принять его массивный член.

— Эйвери, чёрт возьми. Эйвери, — прошептал он хриплым голосом. — Я не хочу причинять тебе боль, но мне нужно трахнуть тебя… — Он с шумом сделал вдох, когда я приподняла бёдра. А вошёл он в меня, всего на дюйм, и я ахнула, когда он отстранился, разорвав этот восхитительный контакт. — Не хочу быть нежным. Хочу…

— Я тоже этого хочу, — прошептала я, обхватила его ногами за талию, и его член оказался зажат между моими бёдрами. — Возьми меня жёстко. Сделай это грубо. Сделай так, как тебе нужно. Ты не причинишь мне боли. Клянусь.

— Но речь идёт о том, чего хочешь ты, а не я.

— Поверь мне, что бы ты не сделал, я точно не буду против.

Его глаза заблестели ещё ярче, когда он снова толкнулся вперед.