Любой вампир или Волк, который убьёт человека из Бладхейвена, будет объявлен предателем среди своего народа и приговорён к смерти. Тот же приговор выносится любому вампиру, который осушит Волка, и любому Волку, который убьёт вампира.

Статья VI:

Малые нарушения сего Пакта должны быть мирно обсуждены между подписантами до того, как будут предприняты более решительные действия. Подписанты соглашаются разрешать споры между видами с целью сохранения мира в Бладхейвене и окрестных территориях.

Статья VII:

С момента подписания сего Пакта его статьи становятся законом в Бладхейвене и его окрестных территориях. Сей закон почитается священным и должен соблюдаться с неослабевающей заботой. Нарушить сей Пакт — значит уничтожить мир.

Подписанты настоящим присягают на верность сему Пакту и соглашаются торжественно соблюдать его, а также передавать важность его сохранения своему потомству, и потомству своего потомства, и так далее, до тех пор, пока роды крови не прекратятся и не должен будет быть создан новый Пакт.

СЕЛЕНА ЛАСКАР

ИМОНН ТЕССАРИАН

ДОУСОН ФАЛГРЕЙВ

Чудовище Бладхейвена совершило очередное убийство, и всего лишь во второй раз за десять лет, прошедших с её обращения, Изольда Рено была рада тому, что она вампир.

Все остальные убийства были более грязными, чем это. Началось всё со скота: разграбленные курятники по ночам, перерезанное стадо коз и даже одна свинья. На это можно было не обращать внимания. Бладхейвен был маленькой деревушкой, со всех сторон окружённой милями густого соснового леса, и между деревьями обитало любое количество голодных хищников.

Когда чудовище убило первую лошадь, Изольда приняла это к сведению, но всё равно не придала этому особого значения.

А потом начали умирать люди.

Сначала жители деревни проснулись и обнаружили расчленённую ногу барменши, плавающую в колодце, — вода была окрашена в багровый цвет. Затем пришла очередь кузнеца. Всё, что от него осталось, — это отрубленная рука в луже крови, брошенная в нескольких шагах от дверей его кузницы.

Теперь — это. Останков не было — ничего, по что можно было бы опознать человека. Только море крови, которая впитывалась между сложенными поленьями южного дровяного склада. Кровь была не свежей. Её запах не заставил рот Изольды наполниться слюной и не побудил её клыки выдвинуться до смертоносных кончиков. Кровь пролилась несколько часов назад. По крайней мере. А может, и больше.

Дыхание Изольды облачком застыло в воздухе перед ней, пока она обходила дровяной склад, глубоко вдыхая. Человеческая кровь не несла в себе сущности человека, по чьим венам она текла, — не так, как вампирская и волчья кровь. Даже если бы она была свежей, Изольда не смогла бы опознать убитого человека. Ни единой частички от него осталось. Ни даже косточки.

Чем бы ни было чудовище Бладхейвена, у людей, на которых оно охотилось, не было ни единого шанса. Если бы не высокая скорость и сила, которые дарил ей вампиризм, Изольду ни за что не застали бы живой на открытом месте в такую ночь, как сегодня.

Ни одно животное, которое она когда-либо встречала, не пожирало свою добычу целиком.

Прежде она была готова рассматривать возможность того, что убийца — обычный волк, или медведь, или какой-нибудь другой крупный хищник, выходящий из леса по ночам, чтобы пировать. Эта возможность казалась правдоподобной, когда она находила на местах убийств внутренности, овечью шерсть и отрубленные руки. Но обычные животные не убирают за собой так чисто, не оставляя после себя даже пальца.

Изольда знала только об одном виде существ, который мог бы.

Оборотни.

Если верить Селене, ни один волк не ступал в Бладхейвен с тех пор, как был подписан Кровавый пакт. Присутствие Волков в деревне не было прямо запрещено Пактом, но звери предпочитали держаться своей территории на юге. Отношения между вампирами и оборотнями были, мягко говоря, нестабильными, и, хотя в Бладхейвене всё ещё жили только два вампира, Волки не желали иметь с ними ничего общего.

И хорошо. Судя по всему, что Селена рассказывала ей об этих созданиях, Изольда никогда не хотела оказаться в пределах сотни ярдов от волка. Ещё блох подхватишь.

Двести лет назад между вампирами и волками бушевала война. Вампиры охотились на Волков ради силы их крови, а волки отвечали резнёй людей в Бладхейвене — угрожая источнику питания вампиров. Война уничтожила почти всю волчью стаю и подавляющее большинство людей из деревни.

Голод убил больше вампиров, чем волки, но и то едва-едва. Вампиры, как выяснилось, были предпочтительной добычей волка.