Мне потребовалось все, что у меня было, чтобы выдержать его металлический взгляд. Держаться прямо и не осесть на пол, пока он смотрел, смотрел и смотрел на меня.

— Почему ты не попросила?

— Ч-что? — запнулась я.

Его голос был спокойный. Собранный. Серебристый блеск в его глазах начал таять, уступая место коричневому.

— Разве ты не получила все, о чем просила? Если ты хотела исследовать Эшмор, почему не попросила?

Я уставилась на него, а мысли путались.

— Ты когда-нибудь задумывалась о том, что, может быть, дверь в твою клетку всегда была открыта, Воробушек? И все, что тебе нужно было сделать, это распахнуть ее?

Это действительно так? Я могла просто попросить?

В дверь постучали, и я развернулась, чтобы открыть, так быстро, что ударилась лбом о дверь, распахивая ее.

— Здравствуйте. — Я потерла ушибленное место, здороваясь с симпатичной молодой женщиной.

Она несла поднос обеими руками и смотрела мимо меня на задумчивого гиганта, все еще занимавшего мою комнату.

— Ваша еда, мисс.

— Спасибо. — Я взяла поднос, пытаясь выдавить из себя улыбку.

Она была слишком занята, глядя на Стража, чтобы обращать на это внимание. На ее лице было что-то вроде благоговения и удивления. Женщина была явно ошеломлена, увидев легенду во плоти.

Я попятилась с подносом в руке и пинком захлопнула дверь.

Отнеся еду к маленькому столику в углу, я поставила его на стол, выдвинула стул и достала миску с рагу. Затем я уронила салфетку на колени, когда мой нос наполнился ароматами трав, жареного мяса и картофеля.

Я не была голодна. Больше нет.

Ты когда-нибудь задумывалась о том, что, возможно, дверь в твою клетку всегда была открыта, Воробушек? И все, что тебе нужно было сделать, это распахнуть ее?

Почему, прокручивая это в голове, мне захотелось плакать?

Я не привыкла проверять двери.

Я давным-давно усвоила, что они всегда заперты.

Зачерпнув ложкой побольше рагу, я отправила его в рот. Оно было слишком горячим и обожгло мне язык, но выплюнула ли я его?

Точно нет. Я прожевала, поморщилась и прожевала еще, чтобы не расплакаться.

Страж что-то проворчал себе под нос, но, прежде чем я успела что-то понять, он вылез из окна, оставив меня наедине с моим рагу.

Я сорвала с себя шарф и бросила его на пол вместе с сумкой.

Оставалось еще достаточно светлого времени суток, чтобы я могла побродить по Эшмору. Теперь, когда я не пряталась от Стража, я могла отправиться в их библиотеку.

Но я осталась в своей комнате, доела рагу и отнесла поднос в прихожую. Затем я распаковала свою сумку и переоделась в длинную тунику, которая доходила мне до бедер. Сегодня в ней будет достаточно удобно спать, а завтра она будет тщательно смята для путешествия.

Сняв сапоги и сложив серое платье на столе, я умылась и забралась в постель, уставившись в потолок.

После ухода Стража я не потрудилась закрыть окно. Звуки с улицы донеслись до моей комнаты. Мужской смех. Женский крик.

Как ни заманчиво было одеться и присоединиться к ним, я осталась в постели, обнимая подушку и чувствуя себя такой одинокой, какой не была уже много лет.

Почему ты не попросила?

Справедливый вопрос. Почему я не попросила разрешения покинуть Трео? Завьер без колебаний давал мне все, что я просила. Ну, за исключением информации. Но что-нибудь существенное? Он никогда не отказывал мне в моих желаниях. Хотя как бы я объяснила эту поездку? Конечно, я не сказала бы ему не правду.

Это было поручение моего отца. Страж мог утверждать, что я не была заперта в клетке, но он был не единственным, кто посадил меня за решетку.

Что будет с Бриэль и Джоселин, если я отправлю их домой без информации? Накажет ли их отец за мои неудачи? Не поэтому ли он отправил их со мной? Зная, что я буду беспокоиться о них больше, чем о себе?

Если бы только он дал мне больше информации. Что-нибудь существенное. Что было в Аллесарии, что могло остановить крукса? Если бы у туранцев было оружие, разве они сами не воспользовались бы им?

Или что, если отец не сказал мне правду? Что, если он сыграл на моих симпатиях? Что, если он воспользовался моим любопытством к миграции, зная, что я сделаю все для нашего народа? Что, если я делала все это из слепой веры?

Мои внутренности скрутило, тело стало беспокойным. Я перевернулась на другой бок, мечтая заснуть и проснуться утром другим человеком. Но я не могла отключить свой разум.

Ты должна это сделать.

Отец умолял меня сделать это.

Договоры можно нарушать, Одесса. Запомни это.

Что, если он был неправ? Что, если мои действия приведут к войне между королевствами?

Я закрыла уши ладонями, жалея, что не могу заглушить шум в голове так же, как не могу заглушить звуки снаружи. Я уткнулась лицом в подушку, зажмурив глаза так крепко, что перед глазами замелькали черные звезды.