– Если ты интересуешься, женат я или нет, то ответ отрицательный. Лет десять назад разбежались. А вот дети есть. Сыну тридцать два и дочери двадцать шесть. Он со мной работает, а дочка замуж вышла за крутого перца и тусит с ним на Бали. Сказочное Бали, – бурчит он и тут же спохватывается. – Так что я совершенно свободен, Маргарита Николаевна. Ты звони. Звони. А я пока водички хлебну и пойду с народом общаться.

«Он прикалывается?» – в ужасе пялюсь на широкую спину Сомова. То жениться на мне хочет. То коттеджный поселок выкупить.

Это же несерьезно, да? Я очень надеюсь.

Но через полчаса Богдан Олегович возвращается. И спрашивает первым делом.

– Ну что, Миронова? Ты созвонилась с потенциальными продавцами?

– Н-нет, – мотаю головой и неожиданно принимаю странное решение. – Архив подождет. Я пойду с вами, Богдан Олегович. Наши телефонам не доверяют. Думают, им мошенники звонят или от Сухоноса…

– Что в принципе одно и то же, – весело подхватывает Сомов. Ему бы переодеться. А то костюм мятый, туфли не начищены.

«Погоди», – останавливаю себя. Может, так и надо. Мужик дом по дешевке хочет купить в такой дыре, как наша. Как он должен выглядеть, господи прости!

– Расскажи мне о Лозанне вашей гребаной, – просит Сомов, как только мы с ним выходим за ворота.

– Да тут все просто, – вздыхаю я. – И сложно одновременно. Этот поселок Сухонос начинал строить с Лужаном. Юру сначала посадили, потом он умер в тюрьме, – восстанавливаю в памяти основные реперные точки. – Но он вошел в дело только финансово. У Аркадия остались долговые расписки. Однако их у нотариуса никто не заверял. Когда наследники Лужана сунулись, Сухонос им сказал, что разбираться будем в суде. Деньги на стройку привозились спортивными сумками. Так что никто ничего не докажет. Только постепенно и они закончились. Аркадий Валерьевич переключился на другие проекты. А этот попытался заморозить…

– А люди как тут поселились? Ничего не понимаю, – заложив руки в карманы брюк, шагает рядом Дася.

– Так большинство домов уже была выкуплена. Многим жить было негде… Вот и заняли. А мой дом Сухонос отделал по-быстрому и мне подарил. Уже тогда знал, что уйдет к любовнице.

– Ты любила его? – дергает меня за руку Сомов и смотрит пристально.

Ну странный же мужик! Ему до всего надо докопаться.

Дорогие мои! У меня стартовала новая история. Будет горячо и очень эмоционально.

Всех жду!

Под прицелом. Личное дело генерала Ханина

- Это хуже, чем просто измена! – дрожащими пальцами Злата переворачивает страницы толстого сшива. В ужасе разглядывает фотографии, читает распечатки. – Это же… - не находит подходящих слов и плачет, прикрывая рот ладошкой. – Как он мог… Я ему верила… А он… с этой… - сглатывает слезы.

- Прости, но ты должна знать, - убираю в сторону досье, собранное моими людьми на ее мужа- козла и предателя. Беру ее холодные руки в свои. И до сих пор не отдупляю, как можно изменять такой женщине?

- Как вы догадались? – поднимает она на меня заплаканные глаза.

– Служба безопасности сработала. Я же к тебе в Архив, как пацан, каждый день таскаюсь. Вот и выяснилось. Я порешаю. Не беспокойся, - шепчу глухо.

И впервые в жизни нарушаю свое главное правило. Нельзя смешивать работу и личное. Но манал я эти принципы и красные линии. Я пойду на все, чтобы вызволить Злату из ненавистного брака и сделать своей. Раз и навсегда.

ЧИТАЕМ ЗДЕСЬ

Глава 20

Глава 20

Знакомство с соседями проходит на ура. Умеет Богдан Олегович очаровывать наивную публику. Харизма так и прет.

Представляется всем моим женихом. Галантно держит за ручку. И уже мне самой начинает казаться, что у нас действительно любовь, и скоро свадьба.

«Минуточку! – останавливаю легкий морок. – Мы только вчера познакомились с Сомовым. Какая любовь? Какая свадьба? Ты с дуба рухнула, Миронова?»

Вон и сосед дядя Миша Кузнецов косится на меня странно.

– Как-то ты быстро, Маргариточка, – вставляет словечко его жена Светлана Петровна. – Мы и не знали ничего. Вернее, не замечали…

– А мы – тихушники. Все больше в городе встречались, – весело откликается Богдан Олегович. А я опускаю голову, заливаясь румянцем.

– Вам повезло, молодой человек, – авторитетно заявляет дядя Миша. Сын его, небезызвестный криминальный авторитет Лейтенант, сгинул где-то. Дочь живет во Франции. Присылает какую-то денежку старикам. На жизнь хватает с трудом. Обслуживание Китового замка съедает почти все деньги пенсионеров. Они спят и видят удрать отсюда.

Поэтому к ним к первым я и повела Сомова.

И вряд ли он их облапошит. Заплатит по рыночной цене. Ну, может, скостит немного. Они и будут рады.

– Проходите! Проходите! – радостно хлопочет тетя Света. – Я шарлотку испекла. Сейчас будем чай пить. В нашей глухомани мы неделями людей не видим. Вот только в окошко глянула с утра, Маргариточку на пробежке увидела. Уже легче жить. А так тут только мы со стариком… Скажи, Миш…

– Да что тут говорить? – разводит руками сосед. Одергивает на себе старый растянутый свитер. Идет вперед. Запирает собаку в вольере, толстого овчара Отелло. Тоже как в горло вцепится, и прощай, Дездемона!