Все мысли об играх и хитрых планах министра финансов разом исчезли без следа. Значит, мне не показалось, и я действительно видел перестреливающихся с бомбистами японскую шпионку и того раненого офицера. Брат и сестра. И оба из мятежного рода Такамори. Интересно, конечно, но на что они рассчитывают, представляясь моими людьми?

Глава 2

Смотрю на японцев. Парень как будто искренне рад моему появлению, девушка в итоге отводит взгляд.

– Добрый день, полковник, – Плеве, поднимаясь из-за стола, тут же перехватил инициативу и пожал мне руку. – Спасибо еще раз за то, что так вовремя вмешались. Боюсь, без вас и ваших помощников все могло бы закончиться гораздо хуже.

Я как раз закончил осматривать чью-то лавку, временно переоборудованную под полевой штаб министра внутренних дел. И где почему-то не было никого кроме нас четверых. Плеве что, решил, будто после нападения стал бессмертным?

– Прошу прощения, – не очень хочется сознаваться, что ты хуже, чем тебя считают, – но эти двое не работают на меня. И, может, позвать вашу охрану?

– Не надо. Я знаю, – Плеве улыбнулся. – И было бы крайне неправильно говорить, что вы совсем не имеете отношения к этой парочке. Одна – пленница, второй даже в солдаты пробился. Тем не менее, то, что они оказались в нужное время в нужном месте и, главное, приняли правильное решение – это только их заслуга.

– Тогда…

– Было бы преступно с нашей стороны не использовать эту ситуацию, – в голосе Плеве добавились стальные нотки.

– Вячеслав Константинович! – я тоже повысил голос. – Тут война, а не полицейская операция!

– И вы готовы отказаться от полицейской операции из принципа, даже если она может помочь на вашей войне?

– Я…

Я чувствовал, что Плеве, как он уже не раз любил это делать в столице, собрался обзавестись двойными агентами. И пусть в 80-х у него все получилось, но я-то помнил, что даже тогда это стоило жизни его напарнику. А сейчас… Двойной агент среди боевого крыла эсеров Азеф в итоге станет заказчиком убийства самого Плеве. И зачем мне такие же риски с японцами? Тем не менее, я не стал рубить с плеча и сначала выслушал план министра внутренних дел.

– То есть мы официально подтверждаем, что эти двое работали на меня, – подвел я итоги, когда тот закончил. – Более того, организуем официальную службу под крылом 2-го Сибирского, которая и дальше будет искать шпионов. Руками японцев!

– Можете расширить им штат, финансы я выделю, – Плеве пожал плечами. – Да, выглядит странно. Но они уже сработали! Причем так, что теперь прогремят по всей стране. И пусть мы скроем имена и лица, но все, кому нужно, и так всё узнают.

– И все ради того, чтобы Казуэ, – я кивнул на молча сидящую японку, – стала двойным агентом? Для нас и разведки Оямы? Неужели вы верите, что ее примут обратно? После того, как, по вашим словам, все и так всё узнают.

– В этом и прелесть, – усы Плеве встопорщились. – Ваша подопечная не будет сама выходить на прежних хозяев. Она будет играть роль вашей и только вашей помощницы, которая перестала скрываться и теперь работает на своего настоящего хозяина. И тогда… Поверьте, японцы не удержатся и сами на нее выйдут. Выйдут и сделают двойным агентом за нас.

– Агент, про которого все знают?

– В нашем случае это не имеет никакого значения.

– Но какой тогда во всем этом смысл?

– Канал передачи информации. Они скидывают нам то, что должно направить наши мысли в нужную им сторону. Мы передаем им свои обманки. Тот, кто сможет правильно расшифровать второй и третий слой этой игры, в итоге победит. Все просто.

Определенный смысл в словах Плеве появился. Зная, например, от чего нас хотят отвлечь или где обмануть, мы сможем в свою очередь понять планы врага, подготовиться.

– Но и японцы ведь тоже смогут точно так же нас просчитывать. Угадать, когда мы будем передавать через Казуэ правду, а когда ложь. Да и в верности самой девушки своему императору я бы не сомневался.

– О, я тоже, – Плеве улыбнулся, совершенно не стесняясь следящих за ним брата и сестру. – Именно поэтому она согласилась на мое предложение. Рассчитывает, что сможет нас обставить. И в этом истинная прелесть двойной игры: у каждого есть шанс, и победит в ней тот, кто умнее.

Стоящий передо мной министр внезапно открылся с совершенно новой стороны. Впрочем, это полностью объясняло его готовность принимать довольно резкие и неожиданные решения, так несвойственные остальным консерваторам. Он просто умел разделять свои цели и методы. А еще как потомственный аристократ считал себя умнее других. Довольно часто не без причины, но… Хочу ли я влезать в его игру? С одной стороны, мне оно совсем не нужно. С другой, пусть и так криво, но мне предлагают ресурсы для создания собственной контрразведки.

Как сказал Плеве, не важно, как выглядит ситуация, важно, как и кто ей воспользуется. И тогда вопрос будет звучать совсем по-другому. Считаю ли я себя достаточно умным, чтобы попытаться обыграть остальных?

– Я согласен, – решил я через минуту. – Но мне нужны будут деньги и… Еще десять радиопередатчиков.

– Это возможно, – кивнул Плеве. – Но зачем?