Так что с основной работой он справлялся идеально, а чтобы не заскучать, брал еще и дополнительную: Сяо Юнь нисколько не стеснялся того, что ведет в космосе разведку. Полноценным шпионажем это точно считаться не могло, он ведь не проникал на чужую территорию! Но командный центр сообщал ему все, что можно узнать, о ближайших объектах, а Сяо Юнь, в свою очередь, наблюдал, чем они заняты в космосе.

Наибольший интерес представлял, конечно же, телескоп «Пилигрим-8», настройку которого заканчивали русские. Примерно через полгода грандиозной серебристой машине предстояло отправиться в путь, расширяя доступное человечеству пространство. Русские обещали передать информацию, и Сяо Юнь по опыту знал, что отмалчиваться они точно не будут. Но и вряд ли скажут все, поэтому за «Пилигримом» он наблюдал регулярно, знал, кто работает там сейчас, кто появится дальше, и не пропускал ежесуточный общий сеанс связи.

Американцы тоже, в принципе, поддерживали порядок неплохо. Они работали не на правительственном уровне, неподалеку раскинула грандиозные зонтики солнечных панелей частная корпорация, занимавшаяся сбором и накоплением энергии. Но Сяо Юню передали, что «Санни 1004» считается проектом национального значения, да и крупноват он для обычного сборщика солнечной энергии… Так что за ним следовало наблюдать внимательней. Особенно при том, что туда только-только прислали новый экипаж, снова двух операторов, вроде как стандарт – но зачем менять их так часто? Нет, потенциальный секретный эксперимент точно упускать не стоило.

Эксперименты велись и на мини-станции «Акила», это Сяо Юнь знал наверняка… Что-то там медицинское. Но в его личном списке приоритетов этот объект был оценен предельно низко. «Акила» ведь изначально не научная станция, а проект вторичного использования технологий: ее хозяева ловко добыли грант на то, чтобы переделать обломок старой международной станции в самостоятельный объект. Когда же грант был освоен, на Земле задумались: а чем мини-станция отличается от космического мусора, если ее не используют? Хозяева «Акилы», испугавшись требования вернуть деньги, быстро сдали свою поделку в аренду какой-то мелкой медицинской сошке. Там постоянно возились три человека и даже что-то делали, а прямо сейчас к ним еще и пристыковался грузовой корабль… Но Сяо Юнь сомневался, что их околонаучные потуги имеют хоть какую-то ценность.

Ну и конечно, был мусоровоз… По крайней мере, так принято было называть корабль, специализировавшийся на сборе и утилизации космического мусора. «Старушка Долли» меняла владельцев так часто, что теперь никто толком и не помнил, какой стране она принадлежала изначально и как называлась. На нынешнем этапе своего существования, которому, судя по ее состоянию, предстояло стать финальным, она перешла в частное владение и управлялась группой жизнерадостных алкашей – по крайней мере, так ситуацию видел Сяо Юнь.

Так что у него были свои приоритеты. Но при этом многочисленные орудия «Великого Цилиня» оставались наведенными на все управляемые космические объекты – просто на всякий случай.

Пилигрим-8

Вал с ленивым любопытством наблюдал, как пацан снимает очередной ролик для своей подписоты. Пожалуй, ему как старшему по званию полагалось напомнить, что прямые эфиры с секретного космического объекта запрещены, хотя и технически возможны. Но Валу не хотелось тратить на такое время. Если этого малолетку допустили в космос и даже назвали аж целым инженером, сам разберется с основными правилами! А если нет… Расплачиваться за его косяки будет компания, которая его сюда направила. Вал на этой миссии отвечал за безопасность полета и пребывания на «Пилигриме», а вот пацану полагалось проводить тестирование систем.

Но тестированием занималась программа и справлялась вполне неплохо. Пацан же метался по открытым для персонала помещениям и снимал все, что попадалось в его объектив. От иллюминатора он оторвался лишь для того, чтобы восхищенно объявить:

– Валентин Александрович, видели, что творят? Это «Долли» опять… Она операторов выпустила – и все равно движется, хотя по нормам безопасности должна остановиться! Можете в это поверить?

Вал пока не мог поверить скорее в то, что в чьих-то глазах стал Валентином Александровичем. Он как-то свыкся с тем, что стал самым юным летчиком-испытателем на своем курсе и упустил все годы, прошедшие с тех пор. Теперь же этот пацан смотрит на него как на батю, хотя цифры упорно не сходятся: Вал старше всего лет на пятнадцать.

А в то, что экипаж «Старушки Долли» ведет себя как полные дегенераты, он как раз мог поверить легко и непринужденно. Туда изначально не героев космоса набирали! Хотя кто-то и героем мог стать…

– Не понимаю, как пилот взял на себя такую ответственность, – заметил пацан.

– Ему-то что? Он защищен, это операторы, которые там на соплях болтаются, рискуют.

– Но его же посадят! Ради чего так подставляться?