И ведь я прекрасно понимаю, что это просто альтер-эго Кида, но ничего не могу с собой поделать. Логика говорит одно, но сознание — совершенно другое.

Мы играли ещё во многие игры. Зачастую Кид показывал мне некоторые странные места, называя их основными событиями. Что-то я знала и так, без слов. Например, мне повстречался вагон морского поезда, в котором мы путешествовали вместе с Кидом. Там я его поцеловала. Неужели для Кида это событие — значимое? Мне хотелось пойти туда, но мальчишка покраснел до ушей и приказным тоном потребовал не делать этого и идти дальше, забыв об этом месте.

Что ж… раз ему так этого хочется…

Но были места и не столь приятные. Я нашла место, издалека напоминавшее кладбище, и только когда приблизилась к данному месту, поняла, что это не просто поле с крестами — это поле с жертвами Юстасса Кида. Этот пират ещё до нашей встречи прославился жестокостью, поэтому когда я увидела сотню распятых пиратов, меня это не сильно удивило.

В своей душе Кид держит каждого убитого им. Носит на своих плечах собственное кладбище. Больше меня поразило отношение мальчишки к этому зрелищу. Возможно, он привык, а возможно, просто ничего не испытывает по этом поводу, но Кид даже не обращал на них никакого внимания. А когда я спросила его, не жалко ли ему этих людей, мальчик жёстко ответил:

— А чего жалеть? Сборище слабаков и трусов, так им и надо!

Да. Передо мной действительно Юстасс Кид. Никакой жалости к своим противникам. Кид всегда говорил, что если пожалеешь противника один раз, то будешь жалеть об этом поступке ещё как минимум десять раз. Ведь противник жалеть не будет.

Однако моё время подходило к концу, и я это прекрасно чувствовала. Дыхание становилось тяжёлым. Лёгкие словно залили свинцом. Зрение затуманивалось. Хотелось одного — заснуть и больше никогда не просыпаться. Кид что-то говорил мне, но я совершенно не слушала его слов. Мысли уносили меня всё дальше и дальше, пока случайно его последние слова не привлекли к нему внимания.

— Ты… ты ведь тоже уйдёшь, верно? — с тоской спросил он меня, сидя на том небольшом участке земли и мотая босыми ногами в воде. — Уйдёшь, как и все. Оставишь меня одного. Да, ты уйдёшь. Все уходят.

— Кид… я…

Как сказать мальчику, что я просто умираю? Да, это своего рода уход, но ведь мы уходим вместе. Разве нет? А может он всё-таки выживет? Тогда было бы неплохо оставить в этом мире небольшое напоминание о себе для этого маленького Кида.

Встав в полный рост, я с улыбкой подмигнула мальчишке и выставила руки перед собой. Способности моего дьявольского фрукта Ки-Ки тут же пробудились, и из земли стали вырастать высокие прекрасные деревья, что, достигнув трёх метров, покрылись сочной зеленью. Маленький оазис для маленького пирата. Напоминание о наших приключениях в столь дивном месте. Я создавала этот небольшой кусочек «леса» для того, чтобы он больше никогда не был один. Природа станет для него другом.

Однако реакции в следующую секунду совершенно не ожидала. Мальчик сначала с раскрытым ртом смотрел на деревья, а потом, резко сорвавшись с места, подбежал ко мне и обхватил руками за талию, уткнувшись лицом в живот.

— Не уходи! — воскликнул он. — Джекит! Не уходи! Прошу! Останься со мной!

— Кид… — Ладонь неуверенно легла на алые взъерошенные волосы мальчишки. Что я могу поделать? Дети всегда были моей слабостью. Присев на корточки, я посмотрела в лицо семилетнего ребенка и вытерла подушечками больших пальцев выступившие у него слёзы. — Конечно, я останусь.

— Правда? — не верил своим ушам Кид.

— Правда, — с улыбкой ответила я, и в эту же секунду мальчишка обнял меня за шею, крепко прижав к себе.

— Спасибо, Джекит, — услышала я голос Кида — вот только он больше не принадлежал ребенку, хотя обнимал именно он. Это был голос именно «моего» капитана. — Надеюсь, ты сдержишь своё обещание.

— Чт…?

И тут перед глазами всё побелело, растекаясь густым туманом.

Душевный мир Кида был покинут.

Когда я очнулась, то обнаружила себя обнимающей Кида — своего капитана. Пират сидел на земле около белой скалы в окружении команды, и все с удивлением созерцали моё появление, которое я как-то не успела заметить. Особенно был удивлён сам Повелитель Зеркал.

— Ты вернулась? — поражался он. — Но как?

— Джекит! — закричал Диего, подбегая ко мне и обнимая со спины, совершенно не обращая внимания на то, что я до сих пор сижу на коленях у капитана и толком не могу сфокусировать зрение. — Я так рад, что ты в порядке! Ты же в порядке?

— Ну-у-у… — Я чувствовала усталость во всём теле. Такое чувство, словно меня через мясорубку прокрутили и попытались собрать, используя одно лишь «честное слово».