Для меня всё решено. Кто бы ни был это Повелитель Зеркал, но он решил победить нас, не принимая особого участия в битве — просто понаблюдает за тем, как мы уничтожаем друг друга. Однако моя смерть может спасти моего капитана. Он бы это сделал не задумываясь, разве не это я только что видела? Мы с Кидом повидали немало и много раз спасали друг другу жизнь. Наверное, это наш конец. Кто-то в любом случае должен умереть.

Странно, неужели у нас на роду написано всё время попадать в такое дерьмо?!

Хм, в этом мы с Кидом даже в чем-то похожи. А ведь это я виновата. Я захотела искупаться в озере, я пошла в лес ночью — и вот к чему это привело. Самомнение. Чёрт!

Но я не хочу умирать! Мне… мне страшно. Я ведь только начала учиться «жить». Кид, ты ведь мне не этого обещал. Что же мне делать? Хотя всё так просто. Встать под молнию — и всё. Конец. Я даже боли никакой не почувствую. Не успею. Просто исчезну с лица земли этого мира…

— Джек! — послышался голос Кида из зеркальной поверхности машинного масла. Пират вновь смотрел на своё отражение. — Джек, ты меня слышишь? Джек! — я заглянула за отражение моего капитана. — Джек, чёрт тебя подери, надеюсь, ты меня слышишь! И вот что тебе скажу: ТОЛЬКО ПОПРОБУЙ ЧТО-ТО ПОДОБНОЕ УЧУДИТЬ, И Я ТЕБЕ ЖОПУ НАДЕРУ! ПОНЯЛА? — Не знаю, почему, но я молча закивала головой, хотя прекрасно знала, что он этого не видит. — Так и знай! — орал пират. — На палубе, перед всей командой ВЫПОРЮ! Ищи выход! Я жду, чтоб тебя!

Странно, но я не сомневалась в том, что пират осуществит задуманное. Хотя как именно, если фактически я буду трупом? Ай, ладно, это уже детали. Нужно действовать. У меня мало времени.

Я не знаю, сколько прошло времени. Час? Два? День? Неделя? В этом мире чувство времени теряется. Могу только с уверенностью сказать, что в конце концов я выдохлась. Устала и сдалась.

Мальчишки больше нигде не было видно. Юнец умеет прятаться, что тут скажешь? Я боролась до последнего, но потом тело взяло своё, и я просто повалилась на ближайшую кучку металла, совершенно не чувствуя ног. Я умру и, похоже, Кид вместе со мной. Безумие… Но ведь Кид отдал приказ. Разве нет?

Губы пересохли, цвета перед глазами смешались в чёрно-белую гамму, сколько у меня осталось времени? При такой адской жаре — не больше полутора часов. Хе-хе, хотя это ещё более-менее позитивный расклад.

За спиной послышался негромкий металлический скрежет. Он был медленным и неуверенным, но по увесистым приближающимся шагам я сразу поняла — ко мне движется мальчишка Кид. Хотелось резко развернуться, вцепиться в него мёртвой хваткой и никогда не отпускать, но я знала, что так делать нельзя. У меня мало времени, но лучше всё же не спешить. Не поворачивайся. Не разговаривай с ним. Он сам заговорит. Сам подойдет. Ему просто нужно было время, чтобы принять меня и решить для себя, опасна я или нет.

Мальчик был не очень-то уверен, но трусом его даже в таком возрасте назвать трудно. Он действовал медленно, но решительно. В итоге Кид просто присел рядом со мной. Сначала между нами была дистанция в несколько метров, но через несколько секунд это расстояние стала сокращаться до той поры, пока наши плечи не стали слегка соприкасаться. И даже тогда я не смотрела ему в глаза и вообще не смотрела в его сторону. В таких случаях охотники знают, что если посмотреть зверю в глаза, он принимает это как вызов. Если зверь посчитает вас равным ему противником — он нападёт, если посчитает себя слабым — убежит. Ни один из этих вариантов мне не подходит.

— Ну, так… — неуверенно начал мальчишка, почесывая затылок испачканной в машинном масле рукой. — Откуда ты меня знаешь? И вообще откуда ты? Здесь никого не должно быть.

— Я знаю, — кивнула я. — Я и хотела спросить тебя, как мне отсюда выбраться. Меня сюда поместили насильно. А знаю я тебя, потому что ты мой капитан.

— Я? — удивился мальчик. — Я — твой капитан? Точно я?

— Да-да, ты, — с улыбкой ответила я. — Ты мой капитан, Юстасс Кид. Но это подождёт, лучше расскажи: что это за место?

— Ну… — Кид осмотрелся, а потом его глаза слегка потускнели. — Раньше оно не было таким… И нас было много. Очень много. Но… теперь я один. Причём давно.

— Ясно.

Мне всё равно не понять того, о чем он говорит. Хотя могу предположить, что он говорит о своём душевном состоянии. Кид совершал множество грехов, и с каждым разом его душа становилась всё чернее и чернее, а внутри неё кто-то умирал. Причём умирал он сам же. Получается, что остался только этот ребёнок. Интересно, что именно Кид бережёт в нем? Может, какое-то воспоминание? Или какое-то чувство, что подобно маяку освещает его путь? Но почему тогда это чувство приобрело форму ребёнка?..

— Кид, мне нужна твоя помощь.

— Да, ты уже говорила, — кивнул мальчик, обращая внимание на свою металлическую игрушку. — Ты хочешь выбраться отсюда, но я не знаю, как тебе помочь. Я живу здесь и никогда не видел выхода.

— Как? Совсем ничего? — Мальчик отрицательно замотал головой. — Никаких дверей, нор, порталов, окошек, люков, да хоть чего-нибудь?

— Нет, — отрезал он. — Совершенно ничего.

Это плохо. Маленький Кид был моей последней надеждой, но если он, местный житель, ничего не знает, то у меня отыскать что-то подобное и подавно не получится. Всё кончено. Пора сложить карты и закончить игру.