— Я не притворялась, Мукуро, — улыбка исчезла с лица мальчишки, а красный глаз с непониманием уставился на меня. — Проблема в самом тебе. Ты хочешь того, чего сам дать не можешь. Разве тебе нужен друг, Мукуро? Хоть ты и произносил, и произносишь это красивое слово, но, по сути, значение его не знаешь. Ты хотел, чтобы я стала твоим рабом, игрушкой, марионеткой. С которой по возможности можно было поиграть, а как надоела — отключил и убрал в дальний ящик. Именно это ты и сделал со мной. Рассказал всё, что задумал, всё, что умеешь и немного о самом себе, но разве так поступают друзья? Нет, — странно, но, кажется, он слушал меня. Слушал каждое слово. При этом я старалась разъяснить всю суть, словно разговаривала с Ламбо. — Мукуро, перед тем, как просить кого-то стать тебе другом, научись «дружить», не требуя ничего взамен.

Возникла молчаливая пауза. Мальчик смотрел на меня, ничего не выражая. Я уже думала, что сам Мукуро исчез из его тела, если бы не одно "но" — разноцветные глаза. И тут он начал смеяться. Сначала просто хихикал, а потом всё громче и громче, доходя до слёз. Я не останавливала его и не перебивала. Просто ждала, когда Мукуро надоест заливаться хохотом.

— Боже-боже… — протянул мальчик. — Дарья… милая Дарья… А ты оказывается не настолько умна, как о тебе говорят. Я разочарован. Что ж, — мальчик спрыгнул с кровати, — думаю, с этого момента наши дорожки разойдутся. Прощай, Советник Вонголы.

Одержимый мальчик покинул мою палату, и я его больше не видела. Слышала возню. Кажется, Мукуро покинул тело ребёнка, и теперь мальчик с непониманием оглядывался по сторонам пытаясь понять, что произошло. Его тут же заметила дежурная медсестра и с недовольным ворчанием, потащила ребёнка в детское отделение больницы.

Я осталась одна. Вот только тело меня теперь слушалось. Медленно свесила ноги с кровати и, прихватив стоящие около стенки костыли, попыталась встать, упираясь на здоровую ногу. Практически всё тело перебинтовано, но оно шевелится. Чёрт, шевелится! А ещё я хочу есть. Очень хочу… Может у дежурной медсестры есть заначка?

Медленно, о-о-очень медленно делаю шаги в сторону выхода из палаты. Кончик языка высунулся наружу от таких стараний. Тело местами болело, местами я его всё ещё не чувствовала. Например, попу. Кажется, я её хорошо отсидела за всё это время. Необходимо размяться.

Вышла в коридор. Никого. Свет везде горит и тишина. Хоть фильм ужасов снимай, честное слово. Хотя, думаю достаточно сделать документальный фильм моей жизни. Ещё тот триллер получится. О! А вон автомат с всякими сладостями. Эм… вот только у меня денег нет. Может на посту у медсестры есть? Звонко стуча костылями по полу, подошла к дежурному столу. Мне повезло, так как там под медицинскими журналами была сложена небольшая купюра на двести иен. Много на эти деньги не куплю, но хоть что-то. Потом верну, обещаю. С процентами. Но… уж очень кушать хочется.

Автомат был заполнен под завязку, но мой выбор был очевиден. Всунула купюру, выбрала упаковку шоколадных палочек и с замиранием сердца наблюдала за тем, как спиралька медленно разок другой кувыркнулась против часовой стрелки, сбрасывая необходимое мне лакомство на дно автомата. Далее то, как мне пришлось изогнуться, чтобы достать коробочку, я лучше пропущу. Да и стыдно немного, ведь, как не посмотри, я в больничной одежде. Длинный тёмно-зелёный халат, что завязывается за спиной. Эм… и больше ничего. Спереди красиво, сзади свежо и поддувает. Жуть короче. Хорошо, что хотя бы бинты имеются на теле. Чувствую себя бабой из фильма «Пятый Элемент». Хоть в рыжий красься.

Но это ладно. Следующая трудность подкралась там, где не ждали. Я ведь сжимала костыли. А левая рука ещё травмирована. Одной правой открыть коробочку затруднительно. Тяжело вздохнув, зажала её зубами, готовясь рывком сделать небольшой надрыв, но не тут то было. Перед лицом возникла чья-то рука, что тут же выхватила у меня упаковку шоколадных палочек.

— Это моё! — первое, что успела произнести, перед тем как поняла, что лакомство забрал сам Хибари Кёя.

Одним спокойным движением надорвал пластиковую упаковку, встряхнул её так, чтобы на поверхность вышло несколько шоколадных палочек, и протянул в мою сторону, совершенно ничего не произнося при этом. Спокоен и холоден как обычно. Здоровой рукой вытащила одну соломинку, неуверенно зажимая её между зубов.

— Спасибо, — негромко буркнула, стараясь не смотреть в лицо парню. Чувствовала некую неловкость. Словно меня застигли на месте преступления, хотя, по сути, так оно и было. Однако вкус шоколада, тут же отбросил все сомнения в сторону. Как же мне этого не хватало! Вот! Вот ради чего стоит жить! Если в мире и появляются злодеи, то только от того, что они мало кушают. Сытый человек никогда не станет злодеем.

— А я всё думал, когда же твой желудок заставит тебя подняться и добраться до источника сладостей? — усмехнулся Кёя. — Полторы недели? М-да… Обычно люди сорок дней терпеть могут.

— Через сорок дней они вообще на тот свет отправляются, — злобно бросила я, доставая следующую соломинку. Парень продолжал держать упаковку шоколадных палочек, направленную в мою сторону.

— Вот как… — негромко произнёс парень. Кажется, он был доволен этим замечанием.

Не произнося ни слова, мы спокойно подошли к ближайшей больничной лавочке с мягкими сидениями и медленно опустились на неё. Каждый смотрел в пустоту перед собой, не решаясь начать разговор. Хотя, если честно, я и не знала о чём говорить. Просто продолжала есть палочки, а Кёя — держать упаковку.