— Эй, милочка, я, в конце концов, мафиози, о какой честности идет речь? — усмехнулся пьяный мужик. Ну конечно, использовал одного из своего москита как раз в тот самый момент, когда Кёя ударил его. Но болезнь сработала не сразу. Потребовалось время. — Но всё же ты девушка, поэтому я приношу свои извинения. Просто видел, что ситуация на грани жизни и смерти. Я заразил его болезнью, из-за которой он не сможет находиться возле сакуры. Синдром дезориентации сакурой — Сакура-Кура.

— Что ж… — через непреодолимую силу воли Хибари всё же встал в полный рост. Гордость парня не позволяла ему демонстрировать своё поражение. — Правила есть правила. Идите и наслаждайтесь сакурой.

Кёя уже направился к школьным корпусам, но неожиданно остановился и развернулся в мою сторону. Ах, ну да. Мы проиграли, но я продолжаю сидеть под сакурой. И что делать? Остальные, вроде, не настаивают на том, чтобы я уходила, но вот Хибари у нас особый любитель правил. Он даже не стал что-либо говорить. Просто шатающейся походкой подошел ко мне, схватил за шиворот футболки и потащил в сторону школы. Молча, без лишних слов и действий. Словно я какой-то мешок картошки.

Птички, порхающие вокруг, с недоумением защебетали. Их коллекцию цветов сакуры, утаскивают. Извините птахи, но эту «птичку» вам точно не одолеть. Я посмотрела на парней одним взглядом, спрашивая, помогут ли? Я мешок картошки и чувствую себя настолько обречённо, что даже не проявляю сопротивления.

— Дар… я… — Тсуна сделал шаг в мою сторону, пытаясь как-то помочь, ведь мы… кто? Кто мы? Друзья? Блин…

— Нет, Тсуна, — остановил его Реборн. — Дар сделала свой выбор в этой игре и теперь является проигравшей. Это будет уроком. В следующий раз она будет знать, какую сторону выбирать.

Вот же мелкий… Волна возмущения охватила меня. Хотелось сказать столько всего и желательно в бранной русской форме, да вот только это чревато суровыми последствиями, особенно когда тебя волочит по траве сам Глава Дисциплинарного Комитета. Поэтому я просто сжала руку в кулак, выставив один единственный средний палец, и показала его всем парням сразу. Просто и от души.

— Эх, а характер у неё всё-таки мамин… — мечтательно произнёс Шамал. — Чудная женщина… Не видеть бы её ещё сотню лет.

Мы опять оказались в кабинете Комитета. Что тут делает Хибари, я знаю, но что тут делаю я? К моему удивлению, пакет с купленной мной едой, а также моя кепка находились в кабинете. Мы молчали, и казалось, что каждый из нас чего-то ждёт. Какого-то знака.

Я села на один из стульев, спокойно вытаскивая цветы из своих волос. Некоторые выходили спокойно, а некоторые были так запутаны, что только ножницами и оставалось отрезать. Хибари принципиально не обращал на мои действия никакого внимания. Встал около окна за своим столом ко мне спиной и даже слова не молвит.

Краем глаза глянула в пакет с едой. Мороженое растаяло и выглядело так, будто умоляло меня убить его. М-да… Хорошо, что оно хотя бы в герметичной упаковке. Иначе остальным продуктам пришёл конец. Ладно… когда цветов на моей голове не остались, и я могла спокойно провести по волосам рукой, поняла, что в такой тишине сидим уже минут двадцать не меньше. Пора валить.

— Что ж… — встала со стула. — Мне пора. Всего доброго, Хибари-сан, — парень не ответил, что позволило мне повернуться и дойти до самых дверей. Вот только стоило мне взяться за дверную ручку, как со спины услышала голос:

— Когда конкурс? — Хибари так и продолжал стоять у окна, спиной к кабинету.

— Завтра, — ответила я, также не желая поворачиваться к нему лицом.

— Ты не передумала на счёт участия? — вновь он заводит этот разговор. Зачем? Каждый раз одно и то же. Он задаёт этот вопрос, хотя знает, что я скажу в ответ.

— Не передумала, — вот. Думаю это последний наш разговор. Больше шанса переубедить меня у него не будет.

— Что ж… — услышала негромкие шаги. Хибари садился за свой стол и начинал работать. — В таком случае, покинь кабинет, травоядное. Посторонним тут делать нечего.

— Как скажите, Хибари-сан, — иного от него и не ожидала.

— На счёт денег за еду… — тут же добавил он.

— Считайте это небольшим угощением, — закрыла за собой дверь.

Хибари Кёя странный человек. Он то гонит меня, давая понять, где моё место, то почему-то не даёт мне уйти. Хочет понять меня? Также как и Тсуну? Но с Тсуной он ради этого сражался. Эх, ему бы следовало получить противоядие от этой болезни Сакура-Кура. Но думаю, он слишком горд, чтобы её попросить, а Шамал слишком беспечен и нагл, чтобы лечить парней. М-да… Хотя, чёрт с ним. Меня это больше не касается.

И вот он наступил день конкурса с веерами.