Ноги немели от усталости, и каждый шаг через узловатые корни или ямы на протоптанной беглецами тропе давался через силу. В глазах стояла черная муть, которую приходилось ежеминутно смаргивать. Он с удовольствием бы улегся прямо на землю, даже в грязь, чтобы хоть немного передохнуть, хоть на минуту закрыть глаза, но не мог. На себе он тащил потерявшего много крови друга, а в небе, которое должно было еще несколько часов назад стать светлым или хотя бы серым, по-прежнему не было ни единого просвета. Все та же ночь, наполненная шорохом гигантских крыльев.

Отчаяние накрывало волнами Драко. Он все дальше и дальше тащил Поттера на спине — хоть друг и пытался перебирать ногами, но сам непременно бы упал. Несколько часов ему казалось, что все эмоции были выжжены, и живым оказался только инстинкт самосохранения, заставлявший его делать шаг за шагом, заводивший его все глубже в лес. За спиной была смерть. Крики тех, кто не успел достаточно углубиться под спасительные кроны, в первый час раздавались каждые пять минут с разных сторон — они были истошными, полными боли и страха. Это были люди, которые решили передохнуть и затаиться в кустах от неведомых гончих. Были ли это демоны, которые подчинились Темному Лорду, или Пожиратели, оборотни, инферналы или нечисть самого Запретного Леса, возмущенная наплывом беженцев — Драко не знал. Все его сосредоточение уходило на онемевшие руки, державшие Поттера на спине, и на ноги, которые делали эти чертовски длинные шаги по тропам.

Со временем криков стало меньше и ощущение погони стало пропадать. То ли он углубился так далеко в лес, то ли они пошли по другим тропам и потеряли его.

Хогвартс пал, и совсем недавно защитные чары уже не преподавателей и авроров, а Волан-де-Морта окружили замок на многие мили окрест. Теперь темные дымившиеся башни, темнеющие на фоне синевато-серого неба стали его резиденцией, а долина — наделом, в который не было хода его врагам. Те, кто успел аппарировать, оказались очень находчивы. В свое время Драко не успел этого сделать, потому что боялся из-за отсутствия сил расщепления, но не себя, а Поттера. Этого он бы уже не пережил. Кроме того, в лесу оставалось много учеников, которые еще не овладели искусством аппарации, и бросать их на растерзание слуг Волан-де-Морта было последним делом.

Вслед за антиаппарационным барьером, накрывшим всю долину, возник и антипортальный, затем — защита от домовиков, которую Волан-де-Морт создал сам. Теперь им требовалось шагать все дальше и дальше, не зная, когда закончится эта пытка. Со всех сторон его окружал темный, беспросветный лес.

Хогвартс пал, и незримый призрак прошлого, которое Драко довелось краем глаза увидеть в Зазеркалье Поттера, навис над миром. Что им делать? Откуда ждать поддержки? Нужно ли созывать оставшихся волшебников Англии, которые попрятались в своих домах и ждут спасителя-Избранного? Обратиться ли к магической Франции или другим странам? Драко был уверен, что ответ обязательно придет, но мысль о поражении все не оставляла его.

Хогвартс пал. Они что-то сделали неправильно и потеряли все.

— Остановка… — хрипло выдохнул Драко и повалился коленями в жухлую траву. Здесь было очень влажно и холодно — февральский Запретный Лес далеко не лучшее место для кемпинга. Поттер, еще в начале пути потерявший сознание от потери крови, повалился на землю. — Эй, Поттер! — он привалился спиной к дереву и потряс друга за руку. — Хватит спать. Снова нести тебя так долго я не смогу.

Его лицо было белым пятном на черной земле. Удобства и обеспеченность сделали свое дело, и Драко чувствовал себя вымотанным и уставшим. Растерял физическую форму, хотя если быть точным, здесь он ею особо и не владел. Долго не занимался самоподготовкой. Вот хорошо Поттер рассказывал про Гермиону, как она запасливо взяла с собой сумочку с заклинанием расширения, когда они отправились скитаться по лесам. Вот тебе и палатка, и зелья, и книги.

— Да, Поттер, кемпинга с тобой не получится. Что разлегся, мрачный и бледный как задница Темного Лорда? — сухие, несмешные шутки готовы были литься из него потоком. Наверное, так он защищался от реальности.

— На себя посмотри, — глухо ответил Поттер и открыл глаза. Увидев над собой своды крон леса, он нахмурился через большой труд. — Что-то мне это чертовски напоминает…

— Очнулся, — с облегчением выдохнул Драко и откинул голову на ствол дерева, удовлетворенно прикрыв глаза. — Хотел тебя предупредить. Теперь наверняка на имя Темного Лорда будет наложено Табу, как тогда. Зови его как-нибудь иначе.

— «Тот-Чью-Задницу-Я-Когда-Нибудь-Надеру» сойдет?

— Шутки шутишь — это хорошо. А обещания давать и не выполнять их ты всегда был горазд.

Поттер вздохнул, но на середине вдоха в его груди заклокотало, и он выгнулся в спине, перевернувшись на траву. Его рвало кровью. Темный Лорд отлично умел изматывать противника и знал толк в проклятиях, несущих медленную смерть. Если в скором времени они не выпьют нужного зелья, то конец их будет печален.

Наконец, это прекратилось, и Гарри вернулся в исходное положение. Его до костей пронизывал холод, мокрая мантия не грела, а кроны печально качали над ним верхушками.

Стоял февраль, и лесные деревья походили на скелеты, что навевало еще больше жути.