Холодный пасмурный свет падал в комнату, когда я проснулась и сразу поняла, что лежу одна. Приподнявшись, я увидела Абеля, который стоял неподалеку от кровати и был уже одет. Засунув руки в карманы брюк, он задумчиво смотрел в окно. Я села на постели и обняла себя руками, чувствуя озноб.

– Все время, что я был в отъезде, я думал о том, что сделал, – услышала я и тут же устремила напряженный взгляд на Абеля. – Я не должен был так поступать с тобой. Не должен был принуждать.

Я сглотнула, чувствуя, как тревожные волны проходят по телу. Холодно, как же холодно… Поэтому меня трясет?

Абель повернулся ко мне, и от его тяжелого взгляда внутри меня все перевернулось. Серо-голубые глаза смотрели с холодной сдержанностью, но я видела, что в глубине они полны боли и сожаления.

– Прости меня, Элия. Ты не заслуживаешь этого. Не заслуживаешь всего того дерьма, что с тобой произошло.

Я сделал прерывистый вздох, чувствуя, как ком подкатил к горлу. Почему он это говорит? Словно принял какое-то решение, но даже не спросил меня!

– Абель…

– Тебе лучше ехать домой, – произнес он сдержанным тоном. – Сейчас там безопаснее.

Ничего больше не сказав, он вышел из комнаты, а мне казалось, что кто-то выбил воздух из моих легких.

Глава 19

Абель

Меня зовут Абель. Абель Уинтер. И я не знаю, как дожил до своих тридцати трех лет.

Символичный возраст, не правда ли? Прямо как у Иисуса Христа. Интересно, ему столько же дерьма пришлось пережить ради спасения гребаного человечества? Думаю, вряд ли… Да и человечество я не намерен спасать!

Быть президентом байкерского клуба в тридцать три – это, возможно, и большое достижение, но какую же цену пришлось мне заплатить, чтобы прийти к этому! К тому, чего я не просил и не желал, однако выбор был сделан единогласно.

Внутри меня уже не осталось ничего светлого. У меня много врагов и мало тех, кем я дорожу, потому что это – мое слабое место. Я пытался уйти от этого погрязшего в грехах образа жизни, пытался убраться из города, оставив все чертям на съедение. Но до сих пор как ошалевший упорно бьюсь о заколоченную крышку своего гроба. Похоже, это – мой крест. И боюсь, что я буду нести его всю свою гребаную жизнь.

В своей судьбе – я всегда чем-то жертвую. Да, вся моя остервенелая жизнь построена на лжи, и это дерьмо я разгребаю до сих пор, но судьба никогда не устает щекотать меня пером по больным местам. Если приходит бабло – в отношениях полная срань. Если от моих рук дохнет очередная бандитская мразь – мой сын серьезно болен. Если я вывожу клуб на путь спасения и налаживаю мир с главарями в Ирландии – моя жена попадает в аварию и нахрен забывает меня вместе со всей этой жизнью!

Я долго копал и пытался выяснить, какая тварь осмелилась пойти на такой шаг? Кто мог сделать это, не оставив никаких посланий? Но время идет, а мне так и не удалось найти хоть какие-то концы… И изо дня в день внутри меня прожигающей до костей яростью блуждает неутоленная жажда мести и требует расправы. При всей своей власти, ох*евшем авторитете и бесстрашии – чем я оказался перед лицом обстоятельств? Ничем. Бесполезным куском, который бьется до изнеможения, а решение найти не может. И все что мне осталось – это смириться, что в теле моей жены отныне живет незнакомая мне девчонка. Абсолютно другая, чужая, незащищенная и неиспорченная грубым отпечатком жизни со мной. Может, еще тогда, в больнице – нужно было поступить гуманно? Не появляться в жизни Элии, дать ей шанс начать все с чистого листа, дать ей шанс на нормальную жизнь. Но всегда было и есть одно «но» – Макс… С ним я не мог так поступить.

Сначала я еще сомневался и думал, что эта амнезия – полный бред! Даже решил, что Элия все это устроила, чтобы показательно наказать меня за тот отъезд. Но с каждым днем мои упорные иллюзии все больше вытесняла неотступная действительность. Ее пугливые глаза смотрели на меня, как на опасного чужака, а робкие реакции были так естественны, что я совершенно терялся.

Когда я окончательно осознал, что передо мной не моя жена – внутри точно что-то треснуло. Развалилось нахрен, снесло твердую почву, что была под ногами. Я стал сам не свой – будто оторванный от реальности воздействием мощного транквилизатора. Это казалось абсурдом и дикостью. Смотреть на нее и понимать, что нет больше Элии! Как будто она умерла, но оставила свою копию с неопытной душой.

Однако, вопреки всему, эта девочка смогла пробраться мне под скальп и с ног на голову перевернуть весь мой парализованный мир. Я, точно отравленный навязчивой мыслью зверь, стал одержим идеей – защитить ее от всего. Добровольно прикинулся евнухом и круглосуточным телохранителем. Не хотел марать этот чистый взгляд и новую, открытую душу.

Новая Элия оказалась недозволенным светом, к которому потянулось все мое нутро, склоняя непокорную гриву перед невинным, растерянным личиком. И я бы, наверное, справился со всем этим в одиночку, но когда она потянулась ко мне – это оказалось для меня неподъемным испытанием…