Она направилась к двери, и Рудо поспешно выскочил в коридор, наверняка чтобы предупредить брата. Я последовала за тетушкой Виолой, которая, несмотря на свой возраст и комплекцию, двигалась удивительно быстро и резво.

Когда мы поднялись на чердак, Рем уже стоял у своей конструкции, лихорадочно пытаясь что-то переделать. Увидев нас, он замер.

— А, вот и второй заговорщик, — Виола оглядела чердак. — И где же ваш призрак, молодые люди?

Рудо и Рем переглянулись. Их план явно пошел не по сценарию.

— Он... исчез, — пробормотал Рем. Я покосилась на ведро над дверью. Веревка, что вела к нему, просела, и уж точно никуда ничего не тянула.

— Такая досада, — Виола подошла ближе к их конструкции, внимательно ее изучая. — Интересная система. Веревка натягивается, когда открывается дверь, и ведро опрокидывается... Умно. Но у вас натяжение неправильное.

Близнецы уставились на нее с открытыми ртами.

Ха! Эта женщина однозначно займет свое место в нашем доме, вот нутром чую!

— Если хотите, чтобы система сработала безотказно, нужно увеличить угол наклона рычага и уменьшить длину основной веревки, — она указала на конкретные участки. — Вот здесь и здесь. Вы бы знали это, если бы изучали физику и механику.

— Вы... знаете про ловушки? — недоверчиво спросил Рудо.

— Молодой человек, — Виола выпрямилась во весь свой небольшой рост, — я сорок лет обучаю детей. Думаете, я не видела ловушек? Я могла бы написать энциклопедию детских розыгрышей.

— И вы не сердитесь? — уточнил Рем.

— За что? За то, что вы хотели проверить мою реакцию? — она пожала плечами. — Это вполне естественно. Новый человек в доме всегда вызывает опасения. Особенно тот, кто претендует на авторитет. Но я не собираюсь навязывать вам свои уроки. Вы придете ко мне сами.

Близнецы снова переглянулись, явно имея свое мнение на заявление новой учительницы.

— Не торопитесь с выводами, молодые люди, — на этом тетушка не закончила. Приблизившись к шаткой конструкции, она потянула за одну только веревку и все вдруг рухнуло, а ведра с водой выплеснулись на пол. — И приберитесь здесь. За свои ошибки следует отвечать.

Я прямо ждала, что на спине учительницы появятся огненные прорехи, когда она выходила с чердака, шлепая прямо по лужам. Близнецы смотрели ей вслед совершенно без радости.

— Леди Хаффер, вы идете? — услышала я оклик учительницы из коридора.

Я поймала взгляды мальчишек, обвела пальцем все безобразие, что теперь творилось на чердаке, и многозначительно покивала.

Похоже, на этом они поняли, что от приборки им не уйти. Вон как моськи скисли. Ну да ничего. Нужно уметь устранять улики на местах своих преступлений.

Я нагнала леди Стардан уже в коридоре.

— Скажите, с вами они ведут себя так же?

— Ну… — я не хотела выставлять мальчишек с дурной стороны, но и захваливать их было бы неправильно. — Они, конечно, хулиганистые, но не злые. У меня с ними пока не сильно налажен контакт. Я долго болела…

Виола искоса глянула на меня.

— А теперь здоровы?

— Да, леди Стардан.

— Что ж, это хорошо, — она кивнула в довершение фразы. — Думаю, мы сработаемся, леди Хаффер. Если вас устраивают мои условия.

— Более чем, — я с трудом сдерживала облегчение в голосе. Любая другая могла бы устроить скандал, возмутиться поведению и еще невесть чему, но, похоже, леди Стардан была не из робкого десятка. — Когда вы можете приступить?

— Хоть сегодня, — она поправила очки. — А теперь покажите мне младшего. Того, особенного.

Глава 12

Теди сидел в детской прямо на полу и рисовал что-то карандашами. Когда мы вошли, он поднял голову, и его большие глаза остановились на лице леди Виолы. Серьезный, как и всегда, обстоятельный малыш.

Вот хоть он и не говорил до сих пор, но чувство у меня было стойкое, что он понимает даже больше, чем его старшие братья. Уж очень проницательный взгляд.

— Теди, это госпожа Стардан, — представила я. — Она будет вашей новой учительницей.

Тетушка Виола не стала сюсюкать или нависать над ребенком, как делают многие взрослые при виде маленьких детей. Вместо этого она спокойно села на стул рядом с ним:

— Здравствуй, Теодор. Можно мне посмотреть, что ты рисуешь?

Теди переменил позу, внимательно поглядел на леди, словно оценивая, можно ли доверить ей свой труд. И в итоге, похоже, таки решил, что она заслуживает доверия. Он поднял рисунок с пола и повернул его к ней.

Я удивленно застыла — на бумаге был вполне узнаваемый портрет леди Стардан, хотя мальчик видел ее впервые и всего несколько минут. Нет, не спорю, он мог бы видеть ее и когда-то прежде, но почему сейчас он нарисовал именно ее?! Я ведь не говорила, что придет именно она! Может, он подглядел, когда мы сидели в гостиной? Но как я могла его не заметить?

Чем дальше, тем больше вопросов у меня появлялось относительно этого малыша.

— Очень точная работа, — леди Стардан, впрочем, удивления не выказала. — Прекрасное внимание деталям.