Был он, как говорится, при полном параде. Таким я его ни разу не видел, а потому невольно задержал на нем взгляд дольше обычного. В явно новом костюме-тройке, пиджак и жилет со скособоченным галстуком было видно через нарочно расстегнутый пуховик. Рубашка тоже была новая, ненадеванная, потому что магазинные складки оставались все такими же острыми. И при этом вид у него был еще более сконфуженный.

Над его головой бесшумно развернулась плашка.

Арсений Лукич Чепайкин, 62 года

Прозвище: Шапоклюй.

Шапоклюй? Я чуть не заржал аки конь, но сдержался, больше удивленный самим фактом. Сработало! Да, имя-отчество я и сам знал, а вот прозвище было для меня новостью. Все это требовалось обдумать, особенно факт того, что раз у меня появился именно «навык», да еще и первого уровня, это значило что? Правильно! Что могут быть и другие навыки! И что, вполне вероятно, можно поднять «Познание сути» на следующий уровень! Интересно, а что даст он и следующие уровни? И как поднять?

Найдя компромисс с самим собой в том, что обязательно изучу новые функции Системы, когда останусь в одиночестве, я внимательно посмотрел на уже паникующего Чепайкина и поздоровался:

— Здравствуйте, Арсений Лукич! Что-то случилось? Что-то по здоровью не так?

Чепайкин густо покраснел и пробормотал:

— Доброго денечка, Сергей Николаевич. Дык как бы и случилось… наверное…

— А что такое? Давление? Сердце пошаливает?

— Да вот, пришел к вам просить руки Нины Илларионовны! — выпалил Чепайкин.

С крыши за его спиной бесшумно соскользнул влажный пласт снега и тяжело шлепнулся в сугроб между нами.

— Она сама хоть в курсе? — спросил я.

Чепайкин посмотрел на меня с недоумением:

— В каком смысле «в курсе»?

— В прямом, — без обиняков ответил я. — Ну вот вы пришли ко мне просить руки Нины Илларионовны, хотя я, кстати, и не понимаю, почему именно ко мне?

— Ну как почему? Вы же доктор, а она при вас, — уважительно заявил Чепайкин, и мне на это нечего было возразить.

— Но все-таки почему ко мне ее руки просить пришли? Не проще ли ее саму спросить? — уточнил я.

— Да че там с бабы взять! — пренебрежительно замахал руками Чепайкин. — Мы сейчас между собой по-мужски договоримся, а там уже дело решенное будет. Там я ее уже нахрапом и возьму.

— О как! — озадаченно пробормотал я.

Интересно, Чепайкин хоть в курсе, что крепостное право давно отменили, или все-таки лучше сказать ему?

— Ну что, согласны? — нетерпеливо спросил Чепайкин, затаив дыхание и явно ожидая от меня только положительного ответа.

Но настроение у меня почему-то было все еще дурашливо-приподнятым, видимо, после переписок с девчатами, а может, из-за апгрейда Системы, так что я, тщательно удерживая серьезное выражение на лице, покачал головой и отрезал:

— Нет, я категорически против! Возражаю.

— Как так-то? — охнул и всплеснул руками Чепайкин. — Почему же это?

— А почему я должен вам отдавать Нину Илларионовну? — с деланно удивленным видом посмотрел на него я. — Она сейчас состоит при мне, это вы правильно заметили. Она мне готовит, следит за моим бытом, кормит Валеру и Пивасика, все по дому делает. Я вот вам сейчас ее отдам, а мне что за это будет? Вот какая мне от этого польза? Вы получите себе Нину Илларионовну. Заимеете и помощницу в дом, и хозяйку, и супругу. А мне что? Я-то лишусь всего. Зачем мне это?

— Ну да, — протянул потихоньку Чепайкин и задумчиво почесал мигом взопревшую лысину. — Получается, что так.

— Именно так, — сказал я, еле сдерживая смех.

— Так, получается, вам калым нужен? — с надеждой спросил Чепайкин.

— Ну да, — кивнул я.

— Понял, — обрадованно закивал Чепайкин и, подмигнув мне, развернулся и резко выскочил со двора.

Я усмехнулся, не зная, как все на это реагировать. Когда расскажу тете Нине, она, наверное, упадет со стула от смеха. Ну, Чепайкин, ну, артист! Это ж надо!

Затем я вернулся в дом. Там занятие продолжалось, и Элен с Борькой уже практически преодолели первую часть никак не поддававшихся Борису буквосочетаний «жи» и «ши».

— Ну вот, — с облегченным вздохом расправила затекшую спину Элен, — на сегодня занятие окончено. Боренька, ты был молодец.

Пацаненок просиял и приосанился.

— Завтра мы повторим «жи» и «ши». Тебе домашнее задание — потренируй упражнение «сладкое варенье» перед сном десять раз. Ты считать до десяти умеешь?

Борька кивнул и с готовностью принялся считать:

— Лас, два, тли…

Элен поморщилась, но выдержала фонетическую экзекуцию до конца:

— Вот и молодец. Значит, вечером потренируйся. Договорились?

Борька кивнул и вдруг сказал:

— Подоздите! — И с этими словами он выскочил из комнаты.

Мы с Элен переглянулись, и я пожал плечами. Возможно, хочет какой-то рисунок показать.

Борька вернулся через полминуты — влетел в комнату, весь растрепанный, запыхавшийся. Посмотрел на Элен сияющими глазами и протянул ей полплитки шоколадки:

— Нате! — сказал он и радостно улыбнулся.

— Ч-что это? — спросила Элен.

— Это секолядка, она вкусная, я плобовал, — пояснил Борька недогадливой тете, — это зя улок вам.

— Что мне делать? — округлила глаза Элен и умоляющим взглядом посмотрела на меня.