– Диандра, – аккуратно повторил моё имя тот, кто на первый взгляд казался слишком неотёсанным, как для проявления аккуратности. – Меня зовут Проктор Рокбриджер, а это наше скромное сообщество, – он начал по очереди указывать на остальных присутствующих, и первым указал на уже приближающегося к нам парня с белыми дредами: – Джодок…

– Formidable! – парень неожиданно произнёс с французским акцентом. – Вы воистину великолепны, Диандра! – он взял мою правую ладонь и неожиданно поцеловал её… Стараясь не выдавать ошарашенности, я едва контролировала свою мимику.

– А это у нас Рагнхильд, сестра Джодока, – продолжал представление Проктор.

– Салют! – громко хмыкнула та, которую я сначала приняла за парня… Но на ней же не платье, а значит, женщины тут всё-таки ходят в штанах… Впрочем, стиль у всех одинаковый – “осовремененное средневековье”. Не уверена, что лучше: всё же красивое платье или вот такие вот штаны…

– Отталия, – Проктор указал рукой в сторону тучной женщины, смотрящей на меня неприятно-тяжёлым взглядом, – и Сольвейг, – девочка с тёмно-зелёным “рваным” каре и беспокойным взглядом-угольком… – А это…

– Моё имя Марен, – женщина не дала Проктору представить её, подав свой высокий голос, в тоне которого я распознала налёт неприязни… Странно, я ведь даже ничего не успела сделать… Вроде как…

– Я была не одна.

– Ты про своих спутников? – голос зеленоволосой девчонки зазвучал на высоких нотах. – Чокнутого здоровяка и сладенькой девчушки? Так мы их скушали…

– Прости Сольвейг, – моментально попросил прощение за поведение подростка Проктор, прежде чем я успела хоть как-то воспринять такое послание. – Сольвейг у нас “немного не в себе”.

– Да в себе я! – громко крикнув, девчонка задрала голову и выгнулась в кресле всем телом… Понятно, значит, и вправду у неё “не все дома”.

– Ты скоро увидишь своих друзей, не переживай, – Проктор будто старается то ли сгладить острые углы, то ли успокоить меня, а это не может не наталкивать на нервную мысль о том, что мне всё же есть из-за чего переживать, пусть я даже пока не уверена точно…

– А ты и вправду очень-очень красивенькая, – Сольвейг продолжает заливаться нервными нотками ломкого подросткового голоса. – У-у-ух, какая… Шоколадные волосы, покатые бёдра, пышная грудь, белоликая, курносая, пухлые алые губки и улыбка, должно быть, с ямочками… Марен, слышишь? Она определённо красивее тебя! Так-то она привлекательнее и Флорентины – ха-ха! Вот ведь наша мисс Гордыня обзавидуется!

– Сольвейг, держи себя в руках, – голос той, которую Проктор назвал Отталией, прозвучал тяжело, словно ей в горло свинца налили…

– Как тебе наша мода? – очевидно, Сольвейг никак не в силах сдержать себя от соблазна пообщаться с незнакомой личностью…

– Интересный дресс-код…

– Слышали? Она сказала “интересный”! Значит, всё не так уж и плохо, а то я думала, что мы тут совсем одичали…

– Да заткнись же ты, – процедила та, что представилась именем Марен, и в этой фразе отлично расслышалось не столько её раздражение, сколько сама суть её натуры – склонность к злобе.

Я продолжала внимательно оценивать видимое и слышимое. У них у всех ярко выражены клыки… Но я не успеваю сосредоточиться на этой мысли, потому как замечаю тянущуюся в моём направлении руку Джодока – нахал хотел коснуться моего локона:

– Скажи, Диандра, ты ведь Металл?

Я перехватила его руку на подлёте с такой силой, что она хрустнула бы в запястье, если бы только была человеческой, но… Она не хрустнула.

Джодок довольно заулыбался, когда я отбросила его чудом не оторванную конечность в сторону, словно обглоданную кость.

– Не советую даже думать прикасаться ко мне без спроса, – мой тон звучит не враждебно, но предупреждающе-леденяще.

– Ха! – Сольвейг вдруг взрывается откровенным восторгом. – А Диандра-то с клыками! Она кусается!

– Прошу меня простить, прекрасная гостья… – Джодок заинтригованно улыбается.

Меня так и подмывает отвесить грубость наподобие: “Прекрасен тут у нас ты, ко мне же обращайся по имени”, – но я продолжаю сдерживать себя. По природе своей я совсем не раздражительна, так что здесь дело точно не во мне. Это они… С ними что-то не то. Вернее, с ними всё понятно: животный интерес, отсутствие манер и дружеского расположения, хотя… Мой взгляд снова возвращается к Проктору – энергетика этого заметно отличается. С ним и буду говорить:

– Прежде я не встречала подобных себе.

– Она и вправду Металл! – восторженно и так громко хлопает в ладони Джодок, что эхо поднимается к сводчатому потолку. – Но, прекрасная гостья, боюсь, мы не такие, как ты…

– Такие, – резко рычит Проктор, и в эту же секунду не только Джодок мгновенно затыкается, но и остальные замирают. Ясно… Значит, у них здесь иерархия, и Проктор на вершине пищевой цепи. Это хорошо… Наверное. Тем временем Проктор продолжает говорить: – Мы тоже Металлы.

– Только с клыками, – вторит едва слышным хихиканьем Сольвейг, и её смешок ещё одним легкокрылым эхом поднимается к высоким сводам потолка.

Проктор, глядя на меня спокойным взглядом, невозмутимо пожимает широкими плечами, поясняя замечание Сольвейг о клыках: