На ноги я надела серебристые балетки, локоны поправила руками – волосы снова слишком быстро отрасли, нужно бы подстричься… И всё-таки в зеркало я так и не взглянула. Отчасти сыграла самоуверенность: я Металл – как волосы ни укладу, так и прекрасно, каким боком ни повернусь, тем и идеально, а строить из себя нечто лучшее, чем может представлять из себя Металл, – это уже как-то слишком…

Я спешила прочь из комнаты, потому что и так достаточно “раскачивалась”: необходимо найти Кайю и Борея. Да, этот Багтасар уверил меня, что с ними всё в порядке, и да, я почему-то поверила его словам, но на этом моё легкомыслие исчерпывает себя – мне нужна моя семья, немедленно.

Не знаю, что именно я рассчитывала увидеть, выйдя за порог комнаты – быть может, какой-нибудь зал или коридор, – но я оказалась на квадратной площадке, соединяющей отрезки винтовой лестницы. На металлической скорости я сначала проверила, куда именно уводит её верхняя часть, и практически сразу уперлась в тупик: по курлыканью голубей за закрытой деревянной дверью я сделала вывод, что дальше идёт чердачное помещение. Значит, моя комната и вправду расположена на верхотуре какой-то башни…

На металлической скорости я спустилась назад к площадке со своей дверью, подёргала её, но она уже оказалась закрытой. Я тяжело вздохнула, решив, что промахнулась с поспешным выходом, но вдруг заметила углубление в каменной кладке стены, гипотетически предназначенной для светильников или свечей: кто-то оставил ключ с запиской? Поспешно взяв их, я прочла выведенное витиеватым почерком послание:

“Когда покинешь свои покои, дверь автоматически закроется – защита от нежелательных гостей. Твой выход из покоев открыл сейф с ключом. Возьми его и никому не передавай. Он только твой.

Багтасар Р.”.

Хм… Как интересно.

***

По каменной лестнице я спускалась с человеческой скоростью: в башне имеются окна, ступени хотя и винтовые, однако достаточно широкие и совершенно не скользкие, так что получилась прогулка налегке – пугать людей своей металлической сутью лучше не стоит. По крайней мере до тех пор, пока не воссоединюсь со своей семьёй.

Откровенно говоря, мне даже слегка понравилось тащиться по мраморной лестнице, освещённой естественным дневным светом, бьющим из высоких узких окон, чуть романтично приподнимать подол платья средневекового пошива – почти почувствовала себя королевой, чему даже мысленно улыбнулась. Ладно, один день можно и понаслаждаться столь редкой аутентичной атмосферой, а там уж снова впрыгну в привычные штаны, бейсболки, футболки…

Лестницу я миновала с детской – то есть с металлической – лёгкостью. И сразу же выпорхнула в просторный зал с высокими и широкими окнами, огромным камином и столами, за которыми сидели люди, моментально обратившие всё своё внимание на меня. Я не из стеснительных – мне без малого семьдесят девять лет, в конце концов, стеснительность в себе я уж давно растеряла, – однако под взглядами этих людей мне отчего-то стало не по себе… И я вдруг поняла, что дело не в людях… Точнее, на меня смотрят вовсе не люди! Я поняла это по самому странному из них: огромный мужчина, размером с Багтасара, сидит у самого ближнего стола – его рельефный торс не прикрыт одеждой, так что я сразу же поразилась его “особенности”... Он синий! То есть весь этот человек… У него совсем синяя кожа! Чёрные волосы, серебристые с красным отливом глаза – почти как у Багтасара, только меньше алого оттенка! – и, главное, выпирающие изо рта, массивные нижние клыки… Я могла бы подумать, что передо мной манекен, но… У него стучит сердце! Однако… Стучит не по-человечески… Совсем как у Борея или Кайи, или у меня… То есть… Как у Металла!..

Я с металлической скоростью и остротой зрения оцениваю остальных присутствующих. Первыми в глаза бросились необычные парни: один с длинными белоснежными, а второй с длинными красными дредами – должно быть, братья. Оба сильно татуированы, но… Татуировки ведь не держатся на Металлах, я знаю…

За соседним от “дредов” столиком сидят ещё двое: черноволосая тучная женщина с узким разрезом глаз и зеленоволосая девочка-подросток, выглядящая лет на тринадцать-четырнадцать от силы… В стороне, в сером платье, чуть похожем на моё, только с мятым эффектом юбки и белой вышивкой, стоит худая девушка с острыми чертами лица и такой же острой линией оголённых плеч, волосы длинные и цвета “серой белизны” – то есть, у сидящего парня дреды выглядят белоснежными, в то время как её волосы отливают лёгким налётом серости…

Все одеты похлеще моего – на женщинах пышные платья, на мужчинах средневековые костюмы… Только “синий” до штанов раздет… У всех без исключения нечеловеческая скорость сердцебиения…

Замешательство продлилось не дольше тридцати секунд. Первым заговорил “синий”. Встав со своего места, он с учтивой интонацией обратился ко мне тяжеловесным баритоном:

– Наконец Вы пришли в себя после долгого и утомительного путешествия… – он остановился, явно не зная, как обращаться ко мне.

– Диандра, – подсказала я, поняв, что их друг Багтасар не просвятил их о моём имени.