Я страстно желала вернуться ещё хоть ненадолго к нему в постель, поэтому встала и отвела взгляд, дабы не искушать себя еще больше.

— Я спала лучше, чем ожидала. Спасибо.

Внезапно занервничав, я замолчала. Не то чтобы это был секс на одну ночь или, черт, даже свидание, но я понятия не имела, что делать дальше.

— Эм, как думаешь, ты мог бы подбросить меня до моей машины? Мне бы её забрать, потом дома переодеться и ехать пораньше в больницу.

Грант встал, потягивая руки над головой. Его баскетбольные шорты были низко посажены на бедра, и вспышка желания снова сверкнула. Святой Бог, этот мужчина сексуальный — слишком сексуальный чтобы быть правдой. Он прошёл мимо меня в ванную, закрыв дверь.

— Я буду готов через пять минут.

— Не спеши.

Десять минут спустя мы уже подъезжали к кафе «Starbucks» в нескольких кварталах от того места, где была припаркована моя машина. В мой кофе с двойным эспрессо добавили сливок и шесть порций сахара, так что я была уверена, что справлюсь сегодня. Грант подъехал к моему потрепанному драндулету и заглушил машину.

— Мне нужно заехать к отцу домой, но я могу прийти в больницу и посидеть с тобой сегодня днём, если хочешь.

— Ты такой замечательный! Но я не могу просить тебя отказаться от ещё одного дня, особенно выходного. Иди, побудь с отцом. Я уверена, что мои родители будут в больнице весь день, и, зная мою маму, она призвала половину церкви, половину района и всех тётушек и двоюродных братьев в пределах трехсот миль начать молиться. Люди будут гудеть весь день.

— Мобильный телефон у меня с собой. Если тебе что-нибудь будет нужно — вообще что-нибудь, только скажи. Я приеду. — Он наклонился ко мне, его губы коснулись волос рядом с моим ухом. — В любой момент.

Закусив губу, чтобы сдержать стон, я выскользнула из машины. Надо отбросить все эгоистичные и непослушные мысли! Погрузившись в свои собственные раздумья, я наблюдала как Грант уезжает.

Спустя час я приняла душ, оделась и вернулась в больницу. Родители уже были там и рассказали мне о том, что я пропустила, чего было немного на самом деле.

День затянулся и выжал из меня все соки. МРТ подтвердила, что у бабушки случился инсульт, но врачи всё ещё не знали степени повреждения. Она реагировала на внешние воздействия, поэтому мы не думали, что она страдает каким-либо длительным параличом, но только время покажет, как это повлияет на её речь или даже способность глотать самостоятельно.

Я смогла навестить её, и, хотя она была без сознания, было огромным утешением просто иметь возможность держать её за руку и говорить ей, как сильно я её люблю. Папа редко отходил от неё, не желая, чтобы она проснулась одна, а мама оставалась в приемной, информируя членов семьи и друзей. Я пыталась посидеть, но не смогла принять удобное положение, была взволнована и разочарована медицинской системой, и с течением времени это чувство только росло.

Я пыталась поесть, но еда оседала камнем в желудке. Наконец, найдя посредственный комфорт, сидя на полу, поджав под себя ноги, я достала свою электронную книгу. Прочитав одну и ту же страницу три раза, я выключила её и бросила обратно в сумочку. Я не могла сосредоточиться, поскольку мысли о наихудших сценариях терзали мой разум. Последние два дня я металась между эмоциональными взлетами и падениями, и это брало своё.

— Мама, я собираюсь зайти в «Starbucks» и купить ещё кофе. Вы хотите что-нибудь? — Я сунула телефон в задний карман своих любимых джинсов, таких старых, что они плотно прилегали к моему телу, и достала ключи из сумочки. Мне нужно было не столько сам кофеин, а смена обстановки. Я провела здесь более восьми часов и мне нужен был перерыв.

— Твоя тётя Натали уже едет и принесет мне свой особый травяной чай, так что лучше не надо. — Мама продолжала листать свой журнал «US Weekly». — Но не торопись, милая. Из-за папы и твоей тёти ты можешь не попасть к бабушке в течение следующего посещения, потому что врачи допускают только двоих человек за раз.

— Хорошо. Потом я побегу домой и проверю, что там. Посмотрю, есть ли какие-нибудь сообщения или цветы для бабушки или что-то в этом роде. Вернусь позже.

Я нажала кнопку лифта и была удивлена, увидев Гранта внутри, когда двери открылись. Я шагнула внутрь:

— Что ты здесь делаешь?

Он держал маленькую африканскую фиалку в черной вазе.

— Я хотел подарить это твоей бабушке. — Он протянул мне цветы и застенчиво улыбнулся. — И хотел проведать тебя, посмотреть, не нужно ли тебе что-нибудь.

— Они прекрасны. Ей понравятся. — Я наклонилась и вдохнула насыщенный сладкий аромат.

Никто из нас не шевельнулся, когда двери лифта закрылись. Мы бездействовали несколько секунд, пока я не нажала кнопку «парковка» и подождала, пока она не зазвенит и двери не откроются на уровне парковки.

Я вышла, Грант следовал за мной.

— Куда ты идешь?

Я выдохнула и остановилась: