Сжав плечи от холода, я засовываю руки в карманы толстовки и направляюсь в ту же сторону. Я даже не уверена, где, черт возьми, нахожусь. Первую поездку в школу с Илаем я проспала. Ничто не кажется знакомым. Я иду и иду, пока у меня не заболели ноги. Я устала, и у меня болит голова. Проходит еще час, прежде чем я снова вижу машину.

Эван и Джейс припарковались на обочине и ждут меня. У обоих в руках напитки, они откинулись на спинку сиденья, как будто им нет до этого никакого дела.

— Мы решили дать тебе еще один шанс, — говорит мне Эван, когда я подхожу к ним. — Скоро стемнеет. Ты могла бы попробовать путешествовать автостопом, но такой красивой девушке, как ты, скорее всего, придется сосать чей-то член, чтобы подвезти тебя. Все, о чем мы просим — это посмотреть на твои сиськи.

Я отворачиваюсь от него. Какие у меня варианты? Продолжать идти и надеяться, что никто не попытается меня изнасиловать или показать им мою грудь.

— Ладно. Я сделаю это.

Эван открывает передо мной дверь со стороны пассажира.

— Хорошая девочка.

Слова на его губах не вызывают такой же реакции, как когда их произносит Син. От них мне становится плохо. Я не чувствую себя хорошо. То, что они заставляют меня делать, заставляет меня чувствовать себя грязной, и не в самом приятном смысле.

Я залезаю в машину, и Джейс закрывает за мной дверь. Оба мальчика садятся на свои места и встают лицом ко мне.

Я стягиваю с себя толстовку и снимаю футболку.

Джейс жестом показывает на мой белый кружевной бюстгальтер.

— Теперь это.

С закрытыми глазами я с трудом сглатываю и тянусь к нему, чтобы расстегнуть застежку. Я не снимаю его полностью, но позволяю бретелькам свободно упасть, пока чашечки не опускаются настолько, что становятся видны соски.

Эван стонет.

— Майлз — счастливый ублюдок.

— Я хочу фотографию, — говорит Джейс.

— Нет, — поднимая руки, я прикрываюсь. — Мы так не договаривались.

— Сделай это или убирайся. Но на этот раз ты будешь ходить топлес. Посмотрим, как ты объяснишь это своей маме, когда вернешься домой.

Мои руки опускаются на бока.

Джейс берет меня за подбородок и прижимает большой палец к моим губам. Из уголка моего глаза вытекает слеза, но я остаюсь неподвижной, пока он фотографирует меня полуобнаженной на свой телефон.

Он отпускает меня, откидывается на спинку кресла и ухмыляется.

— Я, пожалуй, отправлю это Трэверсу, чтобы он увидел, чего ему не хватает.

Я снова влезаю в лифчик и топ, а затем вытираю слезы, текущие из глаз.

— Ты получил то, что хотел. Теперь отвези меня домой.

Я вжимаюсь в сиденье и прячу лицо от него, пока он заводит машину. Выглядывая в окно, я наблюдаю за проплывающими мимо пейзажами, мои мысли сосредоточены внутри. Даже музыка не может успокоить меня на этот раз. Я содрогаюсь при мысли о том, что он может сделать с этой фотографией.

Может, мне стоило просто рискнуть в темноте и поехать автостопом?

Я вздыхаю с облегчением, когда мы наконец-то выезжаем на круговую дорожку перед домом. Еще до того, как Джейс останавливается, я отстегиваю ремень безопасности.

— Увидимся в школе.

Джейс ухмыляется.

— Повеселись с Илаем, и дай мне знать, если тебя нужно будет подвезти.

Он открывает багажник, но никто из них не выходит, чтобы помочь мне с чемоданом. Я устала, мои нервы расшатаны, я чувствую себя оскорбленной, и мне просто хочется оказаться как можно дальше от них. Я беру свой чемодан, подхожу к двери и звоню в звонок. Машина Джейса уезжает по дороге, прежде чем дверь открывается. Одна из горничных встречает меня с улыбкой, и я прохожу в прихожую.

Илай прислонился к двери гостиной, когда я вошла. Келлан стоит позади него и дружелюбно улыбается мне. При виде их обоих у меня сводит желудок.

Что он здесь делает?

Я ни на секунду не заблуждаюсь, что это не было запланировано.

Все внутри меня хочет бежать в другом направлении.

Из другой двери появляется Елена, одетая в облегающее бледно-голубое платье.

— Арабелла, где ты была? Ты опоздала.

Я крепче сжимаю ручку своего чемодана.

— Меня подвезла подруга.

— Илай давно вернулся домой.

У меня на языке вертится мысль сказать ей, что это не мой дом, но я проглатываю эти слова, как горькую пилюлю.

— Я пойду в свою комнату.

Ее глаза сужаются на моем лице.

— Ты выглядишь бледной.

Я заставляю себя слабо улыбнуться, понимая, что у нас все еще есть зрители.

— Меня немного укачало в машине.

— Иди и освежись, а потом мы сможем провести немного семейного времени вместе. В холодильнике есть миска клубники, если хочешь перекусить.

Последний раз, когда я попробовала клубнику, запечатлелся в моем мозгу. Я быстро моргаю, чтобы остановить слезы, и наклоняю голову.

— Нет, спасибо.

Я хватаюсь за ручку своего чемодана и спешу вверх по лестнице.

 

Илай

 

— Какого хрена? — я произношу эту фразу уже в четвертый раз после возвращения домой.