– Ты чего? – испуганно спросила она и попыталась высвободить руку из его хватки, но Вириан лишь сильнее сжал ее. На фоне бледной кожи его зеленые глаза показались еще ярче – словно мерцающие огни в полумраке.

Воздух вокруг них сгустился и загудел. Скорее всего, Роксане все это почудилось из-за того, что Вириан смотрел на нее так, будто проникал взглядом в самую душу. Его губы что-то лихорадочно шептали, но она не могла разобрать ни слова.

– Вириан, отпусти! – не на шутку испугалась она, когда в ушах послышался странный гул.

Он резко выпустил ее руку и несколько раз растерянно моргнул.

– Прости, ради Единого, – пролепетал он, встряхнув головой. – Это все отголоски моего длительного путешествия по морю, иногда со мной такое случается. Я только сегодня сошел на сушу. – Он провел тыльной стороной ладони по взмокшему лбу.

Роксане все еще было не по себе. Она осмотрела таверну, но никто не обращал на них внимания. Ярой стоял за прилавком и протирал пивные кружки, гости пили и веселились, а за окнами не утихал гомон празднующих северян. Она снова повернулась к Вириану и заметила у него на лице неприкрытое чувство вины.

– А где ты был? – спросила она и вновь несмело протянула ладонь.

Вириан открыл коробку и достал повязки, такие же чистые и белоснежные, как фартук Яроя. Оторвав кусок тонкой ткани, он смочил его настойкой и начал аккуратно обрабатывать порез. Роксана терпела, стиснув зубы от жгучей боли. Закончив с обработкой, Вириан нежно подул на ее ладонь.

– Я странствовал по землям Одинокого Материка.

– Мой отец в молодости бывал в тех местах. Тогда там процветала работорговля, – задумчиво протянула Роксана.

– И сейчас в некоторых уголках процветает, но уже не в тех масштабах, как раньше. – Наложив мазь на рану, Вириан отмотал длинный отрезок материи и начал перевязывать руку. – Сколько тебе зим?

– Семнадцать. А тебе?

– Двадцать. – Он закончил перевязку и выпустил ее ладонь. – Зачем ты все это устроила, принцесса?

Роксана не сдержала разочарованный стон. Он раскусил ее.

– Но как?! – с досадой спросила она.

– Во-первых, южный акцент выдает тебя с головой, – ответил Вириан, загибая пальцы. – Во-вторых, хоть я и прибыл в Колдхейм сегодня, уже наслышан, что царь Кай принимает у себя любимую сестру из Ардена и ее детей. Ну а в-третьих, мне доводилось бывать в Ледяном замке, и я видел там портрет королевы Авроры во весь рост. Такую красивую женщину невозможно забыть. А ты, принцесса, ее точная копия. Только глаза не синие.

– Глаза папины, – смущенно пробормотала она.

– С твоей личностью разобрались. – Вириан устало потер переносицу. – А теперь скажи, зачем подошла ко мне? В жизни не поверю, что тебя отпустили на праздник одну.

– Я расскажу правду, если примешь в дар мой венок, – выпалила она, ошарашив его.

– Венок?

– Да.

– Ты уверена, что хочешь подарить свой венок? Мне? – последнее слово он выделил особой интонацией.

– Да. – Роксана постаралась придать тону твердости, но предательский румянец выдавал ее смущение.

Вириан внимательно смотрел на нее, но теперь в его взгляде появилась странная грусть. Словно он узнал нечто такое, что поменяло его отношение к ней, и Роксане это совсем не понравилось.

– Ладно, – после недолгих раздумий сдался он. – Я готов принять твой венок, но только по правилам. Ты должна сама надеть его.

Он покорно склонил голову, и Роксана ощутила странный трепет. Ей захотелось, чтобы в этот миг они находились не в шумной замызганной таверне, а на улице, освещенной багровым заревом костров. Она аккуратно сняла венок, чтобы тот не запутался в ее длинных волосах, и опустила его на макушку Вириана. Цветы утопали в его густых локонах, и Роксане до щекотки в ладонях хотелось ощутить их мягкость.

– А теперь расскажешь правду? – спросил он, глядя на нее с лукавой ухмылкой.

– Я поспорила с Яном, что смогу вручить венок любому незнакомцу, и тот его примет. – Она умолчала о том, что по условиям спора должна была выбрать самого красивого северянина. Вириану необязательно знать, как высоко Роксана оценила его внешность.

– Ты вынудила меня принять этот венок.

– Можно подумать, ты сильно сопротивлялся, – парировала она. – К тому же я не нарушила условия. О споре ты узнал только после того, как принял мой дар. Так что все честно, я выиграла.

– И на что спорили?

Вириан встал, вернул коробку Ярою и дал знак Роксане следовать за ним. Роксана заметила, что старые повязки, запачканные в ее крови, он не выбросил, а убрал в карман штанов.

– На желание, конечно.

Вириан усмехнулся и покачал головой, приговаривая что-то похожее на «сущие дети».

Только они вышли из таверны, как на них повеяло прохладным летним ветерком, пропитанным запахом дыма и выпечки. Молодежь водила хоровод вокруг большого костра, а самые смелые прыгали через огонь.

– Хочешь есть? – спросил Вириан, высматривая что-то вдали.

– Хочу.

– Какой пирожок тебе принести? Сладкий или мясной?