– Прости, не увидела у него на ухе клейма.

– Не прикидывайся дурой, я тебя насквозь вижу. – Ирма злобно пыхтела, угрожающе нависая над Роксаной, будто хотела задавить ее своим внушительным бюстом. – Вириан мой будущий жених. Найди себе другого.

– А он сам знает, что собирается на тебе жениться? И что тогда этот прелестный венок делает на твоей голове? Почему он до сих пор не у Вириана? – спросила Роксана, лениво растягивая слова. Эту манеру она переняла от Райнера, который говорил в таком тоне, когда хотел выказать собеседнику свое пренебрежение.

– Слушай сюда, соплячка! – Ирма схватила ее за пораненную ладонь, и Роксана вздрогнула от боли. На повязке мигом проступили алые пятна.

– Отпусти меня! Ты что делаешь? – воскликнула она, отдергивая руку и привлекая к себе внимание юношей.

Ирма испуганно отшатнулась, явно не ожидая таких последствий, и во все глаза уставилась на повязку, которая все сильнее пропитывалась кровью.

К ним стремительно приблизился Вириан.

– Что случилось? – спросил он, с неподдельной тревогой рассматривая окровавленную ладонь Роксаны.

– У невесты своей спроси. – Она недовольно поджала губы, а сама исподтишка наблюдала за реакцией Ирмы, лицо которой пошло красными пятнами.

– Я… я не… она… – хватая ртом воздух, пыталась неразборчиво оправдаться северянка, но Вириан лишь устало вздохнул.

– Рабан, – обратился он к одному из своих приятелей, – составь Ирме компанию. Ане нужно осмотреть рану.

– Вир, постой, нам нужно поговорить! – капризно захныкала Ирма, но он проигнорировал ее.

– Ана, пойдем в таверну, там работает мой знакомый, он одолжит лекарские принадлежности. – Он указал подбородком в сторону ближайшего бревенчатого дома, в окнах которого брезжил свет масляных ламп.

Роксана огляделась по сторонам, но не увидела ни Триса, ни кузенов. В таверне наверняка было много посетителей, и ей не стоило бояться, тем более так она отделается от соперницы в лице приставучей Ирмы. Она вымученно улыбнулась Вириану и последовала за ним через толпу празднующих.

Внутри трактира оказалось еще более шумно, чем на улице. Здесь вовсю звучала музыка, а завсегдатаи горланили веселую песню на северном наречии. Вириан взял Роксану под локоть и повел прямо к длинной деревянной стойке, за которой стоял рыжий бородатый мужчина с большим пузом, скрытым белоснежным накрахмаленным фартуком. Этот фартук выбивался из общей картины старого, обшарпанного трактира, а его белизна в тускло освещенном зале непривычно резала глаза.

– Здравствуй, Ярой, – поприветствовал Вириан трактирщика. – Моя спутница поранила руку. Не одолжишь нам чистые повязки, мазь и настойку?

Мужчина одарил их доброй, лучезарной улыбкой.

– Проходите, для вас повязки всегда найдутся.

Как только они прошли за стойку, и Роксана с чувством брезгливости присела на ветхую табуретку, покрытую толстым слоем застоявшийся грязи и жира, Вириан спросил:

– Что такого ты сказала Ирме, раз она так взбесилась?

– Ничего не сказала. Просто подошла к тебе, чем и вызвала ее ревность.

Роксана с детства отличалась проницательностью. Она сразу поняла, что Ирма влюблена в Вириана. Безнадежно и безответно. И он подтвердил ее догадку, раздосадованно покачав головой.

– Спасибо, что спасла от нее.

Вириан взял коробку, которую вручил ему Ярой, подошел к Роксане и опустился перед ней на колени, прямо на замызганный пол.

– Все настолько плохо?

– Ирма – дочь друга моего отца, – пояснил он. – Мы росли вместе, и я отношусь к ней как к младшей сестре. Но ее, к сожалению, такое положение дел не устраивает. Сегодня я случайно услышал, что она собиралась чуть ли не силой вручить мне венок. Думаю, хоть ты и чужеземка, понимаешь, что это значит для молодых северян.

– Знаю. – Роксана чувствовала, как краснеет под его проницательным взглядом.

Дарение венка суженому – давняя и очень красивая традиция Севера, которая приравнивалась к помолвке. Именно поэтому Ян до последнего не верил, что Роксана осмелится подарить венок незнакомцу. Но ведь она и не была северянкой, а значит, и обычай этот терял свою силу.

– Ты поэтому с таким энтузиазмом воспринял мою просьбу присоединиться к вам?

Вириан загадочно улыбнулся и пожал плечами.

– Сейчас я осмотрю твою рану. – Он осторожно размотал бинт, открывая взору длинный порез. Рана кровоточила, из-за чего не было заметно тонкого кривого шрама рядом, который она получила еще десятилетним ребенком. – Как ты умудрилась так порезаться?

– Неудачно срезала стебель у цветка и полоснула ножом ладонь, – сконфуженно пробормотала она.

Вириан осторожно обвел пальцем порез, пачкаясь в ее крови. Роксана уже хотела смутиться от столь интимного жеста, но внезапно его тело содрогнулось, словно от судороги, а лицо побледнело.