Люди начинают забывать, что у Дэнни глиобластома. Наверное, они думают, что она победила её, и на этом всё. Но не я. В глубине моего сознания всегда сидит мысль о том, что болезнь может вернуться в любой момент. Это заставляет меня жить настоящим, ценить каждую секунду, проведенную с ней. Единственный способ не сойти с ума от страха — это напоминать себе, что в Дэнни еще полно сил для борьбы. Честно говоря, я и сам могу погибнуть в аварии на следующей неделе. Никто не знает, когда выйдет его время, а жить в страхе перед концом — значит испортить всё путешествие.

Хантер и Джейд направляются ко мне. Вытерев руку о тряпку, я пожимаю ему руку и обнимаю Джейд.

— Привет, ребята, спасибо, что пришли.

— Мы бы ни за что это не пропустили, — ухмыляется Хантер.

— Куда поставить картофельный салат?

Я указываю на стол:

— Вон туда.

К тому времени как все собрались, в воздухе стоит неумолчный гул голосов, прерываемый взрывами смеха. Гости разбились на три группы: старшее поколение устроилось под навесом, девушки сидят с Дэнни на другой стороне веранды, а парни обступили меня у гриля, пока я жарю стейки.

Вид улыбающейся Дэнни заставляет и мои губы растянуться в улыбке. Ей это было нужно.

— Когда свадьба? — спрашивает Джейс.

Я оглядываюсь на Дэнни.

— Как только она закончит курс химии, назначим дату.

— Она отлично выглядит для человека на химиотерапии, — замечает Ной.

— Она боец, — усмехаюсь я. — Не думаю, что есть что-то, чего она не смогла бы сделать или победить.

Хантер качает головой:

— Вау, парень, да ты безумно в неё влюблен.

Я смеюсь.

— А я никогда и не говорил обратного.

— Так, стоп, — внезапно вклинивается Тристан. — Значит, всё то время, что ты напрашивался ко мне домой, ты на самом деле хотел видеть Дэнни?

Я начинаю хохотать, и когда он бросается на меня, я уворачиваюсь.

— Ну, только отчасти! — кричу я, но это не останавливает Тристана. Он обхватывает меня руками, и в следующую секунду мы оба с шумом влетаем в бассейн.

Когда моя голова показывается над водой, я слышу всеобщий хохот. Дэнни заливается смехом, обхватив себя руками, и это зрелище наполняет меня волной тепла.

После того как мы с Тристаном выбираемся из воды (я рад видеть, что Хантер перехватил щипцы у гриля), мы идем наверх. Я кидаю Тристану запасные брюки и рубашку. Он ловит их с ухмылкой, и когда мы оба переодеваемся в сухое, он говорит:

— Должен признаться, у меня были сомнения насчет вашего романа.

— Но? — я вскидываю бровь.

— Ты делаешь её счастливой, и... — Тристан кладет руку мне на плечо. — Я не желал бы себе другого зятя. Спасибо, что любишь её так, как она того заслуживает.

Мы обнимаемся по-братски.

— Мне очень важно это слышать, — бормочу я, и мы выходим из комнаты.

Когда мы возвращаемся на веранду, я слышу голос Дэш.

— У нас будут близнецы!

Я невольно смеюсь:

— Двойная порция подгузников.

Дэш поглаживает свой живот.

— Мисс Себастьян обещала помогать, так что я готова.

Дэнни подается вперед, переводя взгляд с Фэллон на Дэш.

— У вас ведь сроки совсем рядом?

— Да, разница в неделю, — отвечает Фэллон. — Декабрьские малыши.

Тристан подходит к Хане со спины и добавляет:

— А наш должен появиться в марте.

— Что?! — это слово буквально взрывается у меня во рту.

— Вы ждете ребенка? — тут же вклинивается в разговор тетя Делла.

Тристан смеется.

— Да. Хана уже на четвертой неделе.

Я тут же смотрю на Дэнни, проверяя, как она восприняла эту новость, но на её губах играет счастливая улыбка — она искренне разделяет радость семьи.

Как только она восстановится после всех процедур, нам тоже нужно будет начать работать над нашей семьей.

ГЛАВА 28

РАЙКЕР

Мои пальцы крепче сжимают ладонь Дэнни, пока доктор Фридман рассматривает снимки МРТ.

Она закончила курс химиотерапии месяц назад. Честно говоря, не думаю, что когда-нибудь настанет время, когда мое сердце перестанет выпрыгивать из груди в ожидании результатов.

Доктор Фридман улыбается.

— Всё чисто. Прогресс, которого ты добилась, Дэнни, впечатляет. Я доволен. — Он слегка склоняет голову, глядя на неё. — Как ты себя чувствуешь?

— Облегчение. Мне лучше. Волосы начали отрастать, — она кривится. — Это скорее пушок, чем волосы, но всё же хоть что-то.

— Не беспокойся об этом. Со временем они вернутся в норму, — подбадривает её врач.

— Сколько нам нужно подождать, прежде чем планировать ребенка? — спрашиваю я.

Дэнни резко поворачивается ко мне, затем снова на доктора

Фридмана. Тот отвечает:

— Я бы сказал год. Просто чтобы быть в безопасности.

— Как раз хватит времени, чтобы пожениться, — усмехаюсь я.

Дэнни снова бросает на меня взгляд, и её губы изгибаются в улыбке.

— Я рассчитываю на приглашение на свадьбу, — шутит доктор.

— Обязательно, — заверяю я его.

Он поднимается из-за стола, и мы тоже встаем.

— Увидимся через три месяца.

— Спасибо вам за всё, — бормочу я, пожимая ему руку.