Однако Август даже не остановился. Одним движением он бросил на диван бутылку с распылителем и полотенце и через секунду подхватил меня с компьютером на руки.

Я бы протестовала, если бы действия Августа не привели к тому, что его кожа прижалась к моей.

В мгновение ока вся мышечная боль исчезла.

И жар тоже.

Вместо того чтобы поставить меня на пол или усадить на мокрую часть дивана, он прищурился и сказал:

— Ты вся вспотела.

Он почувствовал пот на задней поверхности моих бедер.

Это было неловко.

— Я в порядке, — сказала я.

Я покраснела?

Ага.

Сильно покраснела.

Почему в обществе пот стал таким запретным явлением? Ведь все потеют!

Впрочем, большинство людей не потели в кондиционированном помещении посреди гор.

Виной всему горячка.

Пот на ягодицах, пот на бедрах, пот под грудью… меня аж бросило в дрожь.

— Я не спрашивал, всё ли с тобой в порядке. Я сказал, что ты вспотела.

— Ты меня довел до течки, помнишь? Я почти уверена, что от жара начинаешь потеть.

— Да. Но если ты чувствуешь симптомы, тебе нужно сказать. Я не могу чувствовать то, что чувствуешь ты. Я не знаю, жарко тебе или больно.

— Я же сказала, со мной все в порядке. Тебе не нужно так крепко меня обнимать.

Он нахмурился, но отнёс меня на кухню и посадил за стол.

— Когда тебе станет жарко или ты начнёшь чувствовать боль, скажи что-нибудь.

— Хорошо.

Это было ложью.

Я бы молчала до тех пор, пока не превратилась бы в лужу пота, или пока боль не стала бы настолько сильной, что казалось, будто меня ударили ножом. Не потому, что я была мученицей. А потому, что была упрямой стервой и не собиралась бросаться в объятия Августа.

Если я прыгну ему в объятия, то не захочу уходить, пока не закончится горячка.

А я не собиралась в тюрьму из-за того, что не смогла устоять перед соблазном переспать с каким-нибудь потрясающим парнем со сверхъестественными способностями.

Боль можно потерпеть.

Значит, буду терпеть.

Август продолжил чистить диван, а затем скрылся в одной из комнат.

— Не хочу, чтобы на моё постельное бельё попал универсальный спрей! — крикнула я через плечо. — Если будет плохо пахнуть, я его постираю!

— Хорошо.

Через несколько минут я услышала, как открылась дверца стиральной машины.

Я забыла вынуть белье из стиральной машины.

Упс.

— Я достану его, — добавила я.

— Я уже это делаю.

Через минуту я услышала, как включилась сушилка. За ней вновь стиральная машина.

Когда он вернулся на кухню, я быстро извинилась.

— Прости. Тебе не обязательно было убирать за мной. Мне следовало поставить таймер.

Он бросил на меня раздраженный взгляд.

— Я виноват в том, что ты здесь застряла, Огненный Шар. Я могу справиться с несколькими делами по дому.

Ну что ж.

Он был прав.

— В большинстве случаев благодарность лучше извинений, — сказал Август, открывая дверцу духовки, чтобы проверить еду.

— Я учту это.

Видимо, еда еще не была готова, потому что он вернулся в спальни, чтобы снова начать дезинфицировать вещи.

Я еще немного поработала, но Август вернулся примерно через десять минут.

— У тебя действительно настолько чуткое обоняние, чтобы утруждать себя протиранием тканевого дивана? — спросила я его, скорее из любопытства.

— Обычно нет.

Я ждала уточнения, но не получила.

Пока что он не реагировал негативно на мои настойчивые вопросы или попытки что-либо изменить, поэтому я решила попытаться счастья еще раз.

— Что это значит?

— Моё обоняние в большинстве случаев лишь немного лучше, чем у человека. Единственное, что его меняет — это спаривание.

— Как?

— У некоторых видов ящериц на нёбе есть что-то, что усиливает обоняние. У драконов тоже, но оно активно только в отношении наших пар. Это нечто среднее между вкусом и обонянием. Предполагается, что, привыкнув к запаху, я смогу различать твои потребности. Сейчас же все запахи в доме делают это невозможным и сводят меня с ума.

— Черт.

— Ага. — он открыл дверцу духовки, чтобы еще раз проверить еду.

Полагаю, Август остался доволен результатом, потому что вытащил блюдо через минуту, даже не потрудившись взять прихватки.

Я тревожно подняла брови, но он не показывал никаких признаков того, что его кожа обожжена.

Видимо, сыграл тот факт, что драконы огнеупорны.

Он наложил нам еду, затем взял стаканы для воды, наполнил их и присоединился ко мне за столом.

Мы ели в относительной тишине. Еда была великолепна, так что мне нужно будет написать Бринн, чтобы её поблагодарить.

Когда мы закончили есть, Август поставил посуду в посудомоечную машину, даже не предложив мне это сделать. Я осталась за столом и вернулась к работе, а он снова воспользовался своим любимым многофункциональным спреем.

Вскоре он сменил спрей на пылесос.