Полиция оцепила место преступления барьерами, не подпуская к нему зевак, и криминалисты принялись за работу. Дани и Ву наблюдали за ними со стороны. Со своего места Дани был виден большой стаканчик с кофе со сломанным носиком, лежащий в лужице ароматной бурой жидкости, которая вытекла на тротуар в том месте, где жертва, падая, выронила его.

– Судя по всему, убитый направлялся на встречу, – предположила Дани, обращаясь к своему начальнику. – К этому моменту кто-то уже должен был заметить, что в назначенном месте он так и не появился. Его личность уже установлена?

– Я рассчитываю в самое ближайшее время получить известия от нью-йоркской полиции. – Ву указал на толпу, собравшуюся за ограждением. – Кто-то успел заснять видео до того, как мы установили оцепление. Так что вскоре имя убитого станет известно всем.

Дани проследила за его взглядом.

– Однако в настоящий момент, похоже, всех больше беспокоят наши комбинезоны.

– Я знаю, что защитные комбинезоны внушают людям ужас, – произнес сквозь маску Ву. – Однако, исходя из твоих наблюдений и показаний других очевидцев, мы должны соблюдать все меры предосторожности до тех пор, пока не выясним, что убило этого человека.

У Дани не было прямого физического контакта с жертвой, поэтому она оказалась избавлена от необходимости проведения защитных обеззараживающих процедур и медицинского обследования. Но другие очевидцы, пытавшиеся оказать погибшему первую помощь, в настоящий момент проходили обследование в изоляторе расположенной неподалеку клиники.

– То есть вы согласны со мной в том, что речь идет не об обычном хулиганстве и сообщение о заложенной в здании суда бомбе было сделано для отвлечения внимания, – сказала Дани, заглатывая наживку, предложенную ей Ву. Тот кивнул, и она продолжала, развивая свою мысль: – Убийство в городской черте попадает под юрисдикцию департамента полиции Нью-Йорка, однако, на мой взгляд, вы должны настоять на том, чтобы совместно расследовать это дело в рамках ОГБТ.

Она сделала свой ход. Еще в 1980 году ФБР совместно с департаментом полиции Нью-Йорка создало Объединенную группу по борьбе с терроризмом. К работе в составе группы были привлечены сотрудники правоохранительных органов штата и федеральных ведомств. Действия группы, состоящей из следователей, аналитиков, оперативников и других специалистов, оказались настолько эффективными, что ее деятельность была расширена на противодействие внешним и внутренним террористическим угрозам, а похожие структуры по ее образу и подобию были созданы более чем в ста крупных городах по всей стране.

Работа в группе по борьбе с терроризмом стала первым назначением Дани после того, как она уволилась с военной службы. Армия отточила до совершенства ее прирожденную способность находить закономерности, обучила навыкам криптоанализа и контрразведки, что позволило ей успешно работать в одном из самых элитных подразделений. А после того как Дани завершила службу и с почетом вышла в отставку, ее опытом, добытым таким тяжким трудом, воспользовалось Бюро.

– Ты полагаешь, это убийство имеет какое-то отношение к терроризму? – спросил Ву.

Дани пожала плечами.

– Мы узнаем больше, когда установим личность жертвы и то, чем она занималась, но когда вы в последний раз слышали о том, чтобы человека устранили с помощью токсина, спрятанного в зонтике?

Ву заметно помрачнел.

– Похоже на шпионские игрища.

Он посмотрел Дани за спину, и та, обернувшись, увидела приближающегося высокого мужчину в защитном комбинезоне.

– А вот и Флинт. Он обещал ввести меня в курс дела, как только узнает что-либо о жертве.

Дани всмотрелась в то немногое, что было видно от лица за защитной маской: проницательные бледно-голубые глаза под светло-русыми бровями.

– Кто такой Флинт? – спросила она.

– Следователь первого разряда из отдела особо тяжких преступлений, – объяснил Ву. – Полиция Нью-Йорка отнеслась к этому делу очень серьезно. Марк Флинт – один из лучших сотрудников.

Дани общалась только с теми, кто работал в ОГБТ. Флинт работал в центральном управлении, поэтому она удивилась, услышав, что Ву уже приходилось иметь с ним дело.

Памятуя о высоком звании Флинта, Дани почтительно представилась, отметив его крепкое рукопожатие и хмурый взгляд за защитным стеклом.

Прежде чем заговорить, следователь убедился в том, что их никто не услышит.

– Мы установили личность жертвы, – сказал он с сильным бруклинским акцентом. – Это Натан Костнер. – Понизил голос: – Первый помощник сенатора Следжа.

Дани постаралась осмыслить эту информацию. Томас Следж, сенатор от Нью-Йорка, являлся одним из наиболее влиятельных политиков в стране.

– У Следжа несколько офисов по всему штату, – продолжал Флинт. – Манхэттенский находится как раз на Уорт-стрит. Похоже, Костнер остановился, чтобы выпить кофе перед утренним заседанием штаба.

Ву вздохнул так тяжело, что запотело стекло комбинезона.

– Причастность сенатора Следжа меняет все. – Он поколебался, подбирая следующие слова. – Цель, занимающая такое высокое положение, может говорить о том, что мы имеем дело с чем-то очень крупным.

Флинт скрестил руки на груди.