— Доброе утро! — сказал я, входя в ординаторскую всё в том же приподнятом настроении.

Василий Анатольевич покосился на меня таким взглядом, словно я украл у него улыбку и с ней на лице пришёл на работу.

— А что это ты тут забыл, Ваня? — спросил Василий Анатольевич нараспев, с сочной долей иронии в голосе. — Ты же у нас вроде в охотники заделался, монстров рубишь на салат. Здесь-то ты что забыл?

Олег Валерьевич склонил голову и закрыл руками лицо, видимо, от неловкости и от того, что его коллега такое отморозил.

— Да вот решил вас навестить, Василий Анатольевич, — ответил я совершенно невозмутимо, снимая с вешалки халат. — Вдруг вы тут без меня не справляетесь.

Олег Валерьевич беззвучно рассмеялся, а Василий Анатольевич что-то пробурчал себе под нос, бросив на меня злобный взгляд. Мужчина поднялся со своего места, телефон в его руке в этот момент звонил в режиме вибрации, и целитель вышел из ординаторской.

— Как поход? — с интересом спросил Олег Валерьевич. — Всё прошло удачно? А то я слышал, что пришлось заночевать в Аномалии.

— Да уж, было не скучно, — улыбнулся я, вспоминая ночёвку в пещере с огромными грызунами. — Но закончилось более чем удачно, вовремя помощь подоспела. А до этого момента было очень весело, разнообразные твари нам спуска не давали.

— Так, Иван Николаевич, — сказал Герасимов, откладывая в сторону газету. В кои-то веки он решил назвать меня по имени-отчеству. — Так как ты уже нагулялся по лесам и наконец сегодня с нами, то тебе будет особо важное задание.

— Да, конечно, Анатолий Фёдорович, — сказал я и встал со стула, изображая полную готовность.

— Сегодня у нас Костя прикрывает в одном лице приёмное отделение, — сообщил мой наставник. — Парню надо руку набивать, ещё немного и на прорыв третьего круга пойдёт, хотя вряд ли это произойдёт совсем скоро и так быстро первых два взял, но с таким авралом и неудивительно. А ты должен помочь Евгении в лаборатории. Сегодня привезли ещё кое-какое оборудование, нужно усовершенствовать и доработать установки синтеза, в одни руки она не справится, надо девушку пожалеть.

— Да, конечно, Анатолий Фёдорович, — быстро согласился я. — С удовольствием! Все выполню!

— А я пока планировал доразобраться с теми шмотками мяса, — усмехнулся Герасимов, — которые вы принесли из последнего похода в Аномалию, идёмте уже.

Мы вышли из ординаторской и направились в сторону лаборатории. Меня больше всего удивило, что уже почти никто не реагирует на наличие горностая у меня на плече. У меня у самого уже было такое ощущение, что это какой-то погон или эполет, который иногда трётся мордочкой мне об щёку и мурлычет. Когда с Герасимовым входили в лабораторию, шеф всё же покосился на моего питомца.

— Так, пушистый, а тебе здесь делать нечего, — сказал Анатолий Фёдорович, строго посмотрев на горностая. — Не хватало отравиться какой-нибудь химией или что-нибудь разобьёт, не дай бог.

Я остановился на пороге и посмотрел в красные глаза горностая.

— Слышал, Федя? — спросил я у своего маленького приятеля. — Здесь, к сожалению, запретная зона. Тебе сюда нельзя.

Федя какое-то время смотрел мне в глаза, потом тихо чирикнул и запрыгнул на шкаф, который стоял недалеко от входа. Герасимов посмотрел на его манёвр и медленно кивнул:

— Ладно, там можно, а бегать по залу и по установкам прыгать нельзя!

Евгения уже к этому времени разбирала первую установку и расставила на столе новые теплообменники, которые занимали меньше места, обеспечивая при этом более высокую производительность. Также промежуточные и финальные реторты и колбы были выборочно заменены на более крупные, чтобы вмещать в себя больше реагирующих жидкостей.

Анатолий Фёдорович сразу исчез в дальнем углу, где находится его рабочее место, от общего зала оно было скрыто небольшим простенком. При встрече Женя мило улыбнулась мне. Глядя на девушку, я сразу вспомнил вчерашний поцелуй.

Возможно, она прочитала мои мысли и сразу засмущалась. Даже стала себя вести как-то более холодно, что ли. Ни слова не проронила о нашем вчерашнем разговоре.

Мы говорили только по делу: «Это сюда, здесь закрепить. Принеси вот тот ящик. Вот эти колбы и теплообменники убери в этот ящик и на стеллаж». То есть ближайшие пару часов я, можно сказать, выполнял функцию «принеси-подай». Ну, ничего страшного, помочь девушке мне было несложно.

— Ребята, идите сюда! — услышали мы громкий возглас Герасимова из дальнего угла лаборатории. Он стоял в конце помещения и призывно махал рукой. — Смотрите, что покажу.

Мы зафиксировали последний теплообменник в очередной установке и быстрым шагом направились в сторону рабочего места заведующего, так как самим уже было очень интересно, что же он там такое откопал.

— Смотрите, — сказал Анатолий Фёдорович, который к тому времени снова успел сесть к микроскопу. Теперь он встал, уступая место, а я пропустил девушку вперёд.