– Сейчас, – пообещали оба, поправили респираторы на лицах и взялись за дело.

А я неожиданно вспомнила:

– Хасан Муратович, сколько я вам за стройматериалы должна?

– Нисколько, – отрезал он.

Осмотрелся, взял один стул, поставил его у первой парты и медленно сел.

– Я настаиваю, – надавила я.

– Я не возьму у женщины деньги! – уперся он.

– А в клинике вы с женщин деньги берете или бесплатно лечите? – уточнила я.

– С закрытыми глазами беру, – согласился он.

– Ладно, – прошипела я, – вы в родительском чате есть? Ага, нашла, присутствуете. Банк к этому номеру привязан? Сейчас проверим…

– Если хоть один тугрик мне на счет от тебя упадет…

– Вы за тугрики покупали? Значит, верну по курсу. Так сколько?

– Миллион, – ухмыльнулся Хамидзе.

– Вы все школы в городе решили перекрасить? – изумилась я.

– Угу, чтоб тебя занять. Будешь ремонтами руководить и не мешаться, – согласился он.

– Мне лестно, что вы так потратились, чтобы найти мне работу, но я, пожалуй, откажусь. Назовите сумму, Хасан Муратович.

– Назвал, – нахально ответил он, вальяжно разваливаясь на стуле.

И посмотрел мне в глаза.

– Хорошо, три тысячи хватит? – уперлась я.

– Миллион. И ни копейкой меньше. Можем договор займа подписать.

– А договор аренды вы подписать не хотите?

– Нехотя подписал утром. А ты, вместо того чтобы по школам бегать, лучше бы почту проверила.