Она снова спустилась, достала из сумки пачку чая, хлеб и нарезку колбасы, которые догадалась купить по дороге.

Нужно было принять душ и ложиться спать, но она, выпив чаю, долго сидела за обеденным столом, глядя в окно.

И в доме, и за окном стало совсем темно.

Стараясь не налететь на мебель, Тина пробралась к двери, протянула руку к выключателю и замерла, чувствуя, как от ужаса тело делается непослушным.

Надо бежать! Сейчас произойдёт что-то жуткое, и её никогда не найдут, как Ирочку.

Совсем рядом, в метре от неё, с тихим шуршанием поворачивалась вертушка внутреннего замка.

Убежать она не успела.

* * *

Секретарша заглянула под конец рабочего дня.

– Степан Сергеич, к вам… – Она посмотрела на зажатую в руке бумажку. – Фёдор Анатольевич Коренев. Говорит, что журналист.

– Пусть зайдёт, – решил Степан.

Интереса для журналистов он не представлял. Стоит выяснить, какого лешего кто-то им заинтересовался. Обычно такой интерес ничего хорошего не несёт.

Дверь закрылась и тут же открылась снова.

Пять лет назад Степан видел его всего несколько секунд, но узнал сразу.

Впрочем, он должен был догадаться раньше, услышав фамилию.

Посетитель лгал. Журналистом он не был. Он был айтишником. Впрочем, за прошедшее время профессию можно сменить.

– Фёдор Анатольевич Коренев, – представился мужчина.

Чуть выше среднего роста, худощавый, очки в тонкой оправе.

Степан не помнил, был ли он в очках пять лет назад.

– Я муж Милены Кореневой. Несколько лет назад она у вас работала.

– Садитесь, – кивнул Степан.

Милена свела его с ума сразу и почти до полной потери разума.

Тогда он часто ездил в Москву. Днём болтался по кабинетам, вечером ехал домой. В тот день хождение по кабинетам затянулось, всех, кого требовалось, увидеть не успел и решил остаться на ночь. В гостиничный ресторан зашёл вымотанный, как будто вместо переговоров весь день занимался разгрузкой вагонов.

Милена ужинала за соседним столиком.

Она не была классической красавицей, но он почему-то всё время косился на чёрные кудри и чёрные глаза.

Раньше с ним такого не случалось. Раньше он не пялился на незнакомых женщин. Он и на знакомых не пялился, ему было хорошо с нежной, тихой Надей.

– Остановились в этой гостинице? – наконец решился спросить он.

– Нет. – Милена весело потрясла головой. – Доем и поеду домой. Я из Тулы.

– Хотите, я вас отвезу? – вырвалось у него.

– Вы тоже туляк? – Удивлялась она тоже весело.

– Нет. Просто хочу подольше с вами побыть.

Она подумала перед тем, как ответить.

Всем было бы лучше, если бы она отказалась, но Милена, тряхнув кудрями, весело решила:

– Поехали!

Степан зачем-то тронул мышь на столе, оживляя компьютер.

– Моя жена погибла пять лет назад. Она работала на вашем заводе, и мне хотелось бы поговорить со всеми, кто её помнит. – Посетитель поправил очки.

Степан резко отъехал от стола, встал, отошел к окну.

Молодой дворник-узбек подметал заводской двор. Парень работал хорошо, во дворе было чище, чем на центральной площади города.

– Это был я, – не поворачиваясь к посетителю, сказал Степан.

Фраза была непонятна никому, кроме них двоих.

– Но я не убивал вашу жену.

Ему повезло, у него было твёрдое алиби. От Милены он поехал не домой, а на завод. Его видели десятки людей.

Дворник подмёл дорожку, скрылся в подсобке. Больше во дворе никого не было.

Только чахлые берёзы слабо покачивали молодыми светлыми листьями.

* * *

Дверь открывалась медленно. От страха Тине хотелось потерять сознание.

За дверью, подсвечивая телефоном, стоял ребёнок.

Мальчишка отшатнулся, увидев Тину. Но страха на его лице не было, только удивление.

– Не бойтесь! – успокоил он. – Я не грабитель.

– А кто? – мрачно спросила она.

Ужас отпустил, осталась только противная слабость.

– Филипп.

Ему было лет десять. На футболке свирепый дракон широко открывал пасть. Тина никогда не купила бы своему ребёнку такую мрачную футболку.

– Очень приятно! – фыркнула она. – Ты собираешься здесь пожить?

Она включила свет.

– Заходи! Побеседуем.

Мальчишка переступил порог.

– Ну говори, говори! – поторопила она. – Поздно уже. Я устала и хочу спать. Какого чёрта ты сюда припёрся? Кстати, откуда у тебя ключи?

Ключи мальчик вертел в руках.

– У бабушки взял.

После смерти тёти Риммы родители действительно оставили ключи какой-то соседке. Предполагалось, что соседка будет приглядывать за домом. Мама жаловалась, что женщина отказывается брать за это деньги, и мучилась, решая, что привезти бесплатной помощнице в подарок.

– Только вы ей не говорите, пожалуйста!

– Не скажу! – зло пообещала Тина. – Что тебе здесь понадобилось?

– Я не знал, что вы приехали.

Он был серьёзный, голубоглазый, рыжий и в веснушках.