Глава 1

Глава 1

Диана

- Да кто вообще с вами работать будет?! Идите вы в… - вылетая из кабинета генерального директора орет не своим голосом соискательница на должность секретаря, которая назначена на собеседование передо мной, а рядом облегченно выдыхает сотрудница отдела кадров.

Как оказалось, мало того, что на эту должность не могут найти специалиста уже более трех месяцев, так еще и среди сотрудников отдела кадров есть внутренний конкурс, кто первая найдет сотрудницу на эту должность, получит премию в размере годовой зарплаты.

Ради такой премии все очень сильно стараются. Это даже забавно. Но, это их внутренние уже игры, их внутренние забавы. Мне же просто нужна эта работа. Здесь очень хороший оклад, много премий, бонусов. А с самодурами, с тяжелым характером я не боюсь работать.

Я сама не подарок, за словом в карман не полезу и не спасую при любых трудностях. У меня в конце концов двое детей, бывший муж и столько стажа работы с всякими индивидами, что уже ничего в этой жизни не пугает. Как там в интернет-приколах: «Мне уже в этой жизни все давно ясно и понятно», и что-то там еще, не помню.

- Диана Андреевна, я надеюсь, вы не передумали и не испугались после того, что сейчас увидели? - на всякий случай девушка поворачивается ко мне и спрашивает, а я улыбаюсь, киваю ей. - Ну вот и отлично, но я не шутила, когда говорила, что у него тяжелый характер и сработаться с ним крайне тяжело. Как видите, вот он, живой пример.

- Танки грязи не боятся, успокойтесь. Во всяком случае, с истерикой я отсюда вылетать не собираюсь, - спешу ее успокоить, и теперь она мне улыбается.

В этот момент вслед за разъяренной кричащей соискательницей выходит сотрудница отдела кадров, а потом и сам генеральный директор - Борис Егорович Горнов.

Высокий мужик под два метра ростом, бородач с короткой стрижкой. Под пиджаком, конечно, непонятно, какая фигура, но он явно держит себя в форме: пузика точно нет, на предмет кубиков не знаю. И на лицо он такой мужик не слащавый, не модельный, не с обложки журнала. Немного грубый, с резкими чертами лица, с тяжелым взглядом, ну и, как уже понятно, не менее тяжелым характером.

Но, как я уже ранее сказала, танки грязи не боятся. Обычно за вот такой напускной суровостью скрываются нормальные люди. Главное подход к ним найти, главное достучаться до их внутреннего человека. А у меня, я думаю, это получится.

- Да я на вас вообще трудовую инспекцию натравлю! Это же эксплуатация, это рабский труд! Это незаконно! Вы самый настоящий самодур! - напоследок, стоя в дверях приемной, выдает эта соискательница.

Я же могу лишь снисходительно на все это смотреть. Да, я ее, конечно, понимаю, возможно, у меня самой будет такое же состояние, но все же выдержка на таких должностях неотъемлемая часть. Если ее нет, то смысла нет соваться в помощники, в секретари.

Мне ее даже немного жаль. Хотя, возможно, она намного счастливее меня. Возможно, ее жизнь была легче, интереснее, в ее жизни был мужчина, который оберегал ее от всего, а не так, как у меня, когда приходилось всего добиваться самой, когда приходилось самой себя защищать и отстаивать, несмотря на то, что на пальце было кольцо, а в паспорте был штамп.

Возможно, она просто вышла замуж за мужчину, а не за мальчика, который через пятнадцать лет брака взял, изменил и сбежал к более молодой, к более легкой, интересной, которая, по его словам, не пилила его за то, что не может обеспечить нормальные условия семье, за то, что позволяет работать жене на двух-трех работах в параллель, при этом сам на одной чертовски устает, поэтому вторая ему не по силам, ему нужны выходные и отдых. Ну конечно, ему нужны, а женщине нет.

- Вероника, проводите вашу кандидатку вниз и не забудьте забрать пропуск, - ни на секунду не дрогнув, говорит этот Борис Егорович, и надо отдать ему должное, держится весьма хорошо. Но это первое впечатление. Неизвестно, как он поговорит со мной. Провокации точно будут. Даже интересно, какие.

- Сдам я тебе пропуск, сдам, посмотрим только потом, что ты сдавать будешь.

Ого, а вот это уже было грубо и неэтично. Я, конечно, не спорю, возможно, мужчина сам хорош, но все же надо понимать, с кем ты разговариваешь. И даже если с тобой поступают по-скотски, надо посмотреть так, чтобы он об этом пожалел, и уйти с гордо поднятой головой. Это максимум, что ты должна сделать.

Да, возможно, это кому-то покажется странным, но чувство уверенности и собственной гордости возрастает до предела, до космических значений, в такие моменты, во всяком случае, у меня.

Вероника начинает на нее шикать и уже сама выставляет ее за дверь приемной. Наконец наступает тишина.

Горнов обводит приемную усталым взглядом и, когда видит нас, тяжело вздыхает. Его взгляд полон презрения.