1 2 3 4. Неверно.

 

Ладно, конечно, они не стали бы так упрощать. Дальше я пробую адрес этого места.

 

5 7 5 7. Снова мимо.

 

Каждый раз, когда я нажимаю кнопку на замке, раздается звук, и если я не потороплюсь, меня могут застукать. Я лихорадочно соображаю, что это может быть, когда меня осеняет.

 

Это место принадлежало моему деду.

 

Мой день рождения.

 

0 3 2 7.

 

Раздается звуковой сигнал, загорается зеленый свет, и щелчок возвещает о том, что дверь открыта, но прежде чем я успеваю ее толкнуть, другая дверь открывается, и входит высокий здоровенный парень. Он переводит взгляд с меня на кодовый замок.

 

— Какого черта ты тут делаешь?

 

Я открываю и закрываю рот, а грудь словно сейчас сожмется и рухнет внутрь себя. Надо было слушать Нессу. Она была права. Это была чертовски плохая идея.

 

В последней отчаянной попытке я выпаливаю первое, что приходит в голову.

 

— Бармен послал меня за мелочью, — вру я. — У него кончилась, а там очень много народу, так что он не хотел отходить от стойки. Я-я, кажется, заблудилась.

 

Похоже, он не верит ни единому моему слову, но и вид у него уже не такой, будто ему не терпится меня прикончить. Он хватает меня за запястье и бормочет «пойдем со мной», таща обратно в клуб. Завернув за угол, он отпускает меня, но взгляд говорит, что только для того, чтобы ожидающие у туалета ничего не заподозрили.

 

— Энцо! — рявкает он, когда мы возвращаемся к бару.

 

Бармен смотрит в нашу сторону, но, увидев меня, заинтересовывается еще больше.

 

— В чем дело, Чез?

 

— Эта мелкая утверждает, что ты послал ее на задворки за мелочью, — прорычал он. — Это правда?

 

Я бросаю на бармена умоляющий взгляд, беззвучно моля прикрыть меня. Он смотрит на меня мгновение, затем уголок его рта приподнимается, и он принимает более подобающую игре мину.

 

— Ага, — отвечает он. — Если бы ты или Ро ответили на свои гребаные звонки, мне бы не пришлось ее просить. Мне нужны однодолларовые и пятерки.

 

Чез, как назвал его бармен, тут же отпускает меня и бормочет что-то себе под нос, направляясь обратно — скорее всего, за мелочью, которая на самом деле не нужна. Я с облегчением выдыхаю, оказавшись вне его досягаемости, и сажусь за стойку.

 

— Спасибо за это, — говорю я ему.

 

Он насмешливо вскидывает бровь.

 

— Что там случилось?

 

Сделав глоток своего напитка, чтобы выиграть время, я проглатываю.

 

— Твои указания — полное дерьмо. Я заблудилась.

 

— Ага, конечно, — тянет он, явно не веря ни слову из моей истории. — Но теперь ты должна сказать мне свое имя. Это будет справедливо, учитывая, что я спас твою задницу.

 

Ладно, справедливо.

 

— Саксон.

 

Его лицо бледнеет.

 

— Саксон Форбс?

 

Я морщусь и киваю.

 

— Внучка Сайласа Кингстона, Саксон Форбс?

 

— Вот видишь, поэтому я и не хотела тебе говорить, — раздраженно говорю я. — Теперь это странно.

 

Он качает головой.

 

— Вовсе нет. Просто я бы ни за что не догадался.

 

— Да? А что бы ты предположил?

 

Он снова окидывает меня взглядом и пожимает плечами.

 

— Инфлюенсерша, пытается пробиться в модели и использует для этого большой город.

 

Невольный смех вырывается из меня.

 

— Скорее уж обычная студентка-медик с дедом-легендой-миллиардером.

 

— По мне, так звучит куда интереснее, — задумчиво произносит он.

 

 

Я провела пару часов у бара, болтая с Энцо в перерывах между посетителями. Он забавный и умеет поддержать разговор. И если бы я не была собственницей, наверное, позволила бы ему купить мне ужин. Но я ни за что не вынесла бы того количества внимания, которое ему достается каждый вечер от пьяных девиц. Я для этого слишком ревнива.

 

Когда я допивала свой пятый коктейль, у меня наконец набралось достаточно смелости, чтобы задать вопрос, не дававший мне покоя весь вечер. Энцо как раз возвращался после того, как налил кому-то пива, и я застала его врасплох.

 

— Так что там все-таки находится? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал беззаботно.

 

Он прищурился.

 

— Где там?

 

— За той стальной дверью, которая открывается только с кодом моего дня рождения.

 

Краска схлынула с его лица, но он довольно ловко справился с собой, изображая спокойствие.

 

— Думаю, тебе не стоит забивать этим свою хорошенькую головку. Там ничего интересного.

 

— А ты проверь, — настаивала я.