– У ворот через час, – бросила я через плечо. – И никаких сюрпризов. Мы идём развлекаться. А не искать ещё тринадцать трупов.

Позади послышалось синхронное «угу». Доверия ему – ноль. Но, может, обойдётся.

С появлением Тианы наша комната стала… больше (это если мягко сказать). Теперь их три: отдельные спальни у каждой и просторная гостиная, светлая, с окном во всю стену, откуда открывался вид на внутренний двор академии. Как именно ей удалось договориться с духом-хранителем, который и превратил небольшую комнатку в «царские хоромы», я до сих пор не знаю. Радовало то, что из «царского» был только размер. Сама обстановка была довольно уютной. И не было лепнины, вензелей, бахромы и прочей атрибутики, которую так любят многие девушки.

Гостиная – цвета слоновой кости. По стенам тонкими, почти прозрачными линиями тянулись изящные ветви ивы, переплетаясь в причудливые узоры. В центре комнаты стоял зеленый диван, на котором могли усесться четверо, но этого соседке показалось мало. В тот же день Тиана убедила духа добавить ещё пару кресел в том же оттенке – «для приёма гостей», как она сказала, хотя, по факту, чаще всего в них валялись книги, подушки и я.

Диван стоял на очень, прям очень мягком ковре. Когда я впервые на него встала, ощущения были схожи с прикосновением к шкуре снежного льва, который обитает на севере Долины. Да и цвет ковра был такой же: белый, как утренний снег.

У каждой стены шкафы, полки, тумбы. Всё уставлено декоративной ерундой, в которой я никогда не видела смысла. Вазы, цветы (часть живые, часть – нет), свечи, керамические фигурки, стеклянные шары, ароматические масла в склянках. Их Тиана использовала в зависимости от настроения. Сегодня пахнет лавандой? Значит, день прошёл спокойно. Появился запах можжевельника – что-то, значит, её разозлило.

Только у окна пусто. Никаких излишеств, лишь тёмно-синие шторы, которые сейчас были аккуратно перехвачены серебристыми лентами. Мы редко их закрывали: обе любили наблюдать за видом. Особенно ночью.

В моей спальне из всех изменений только кровать: она стала больше, теперь на ней можно спать втроём и никто никому не мешал бы. Цвет белья напоминал океан. И когда я засыпала, мне иногда снилось, что я плыву по его волнам в жизнь, о которой когда-то мечтала. Когда была ещё совсем малышкой, а тёплый и родной голос рассказывал мне о своих путешествиях в другие земли, о знакомстве с повелителем всех вод, о сиренах и обитателях морских глубин…

– Астрид, а ты в чём пойдёшь? Давай, натянем на тебя платье и доведем парней до безумия, – с напевной настойчивостью протянула Тиана, появляясь в проёме двери, как весенний ветер с дурными идеями.

– Только после моей смерти, – огрызнулась я, распахивая створки шкафа и выуживая из глубин костюм из плотной шерсти.

В нём можно и гулять, и в драку ввязаться. И не сковывает движения при прыжке через крышу.

– Да и твоей истерики им вполне хватило. Что это вообще было?

– Астрид, а тебе не надоели их постоянные выяснения отношений? – она махнула рукой. – Хотя, с твоим характером ты в этих разборках участвуешь с азартом, как на арене. Но сегодня я хочу спокойный весёлый вечер. Без мордобоя и выговора от ректора. Поэтому я использовала единственное оружие, способное заткнуть двух идиотов: женскую слезу. Сработало безотказно.

– Женская истерика, конечно, вещь могучая, – пробурчала я, стягивая с себя рубашку. – Но сомневаюсь, что она даст тот эффект, на который ты рассчитываешь.

– Плохо ты знаешь силу, которую имеешь, подруга, – хмыкнула Тиана и деликатно отвернулась, пока я переодевалась.

Подруга?.. Это слово будто зазвенело фальшивой струной где-то в груди.

Я заметно поморщилась. Хорошо, что она не увидела. Нет, мне нравилось её общество. Привыкла. Даже раздражение, которое было вначале, куда-то испарилось. Но подруга?.. У меня нет таких слов. Особенно если речь идёт о полудраконе. Мы враги. Или, ладно, наполовину – раз она сама наполовину.

– Женская сила – в слабости, – продолжила свои наставления Тиана. – Чтобы победить мужчину, далеко не всегда нужно биться с ним на мечах или бросаться заклинаниями. Иногда достаточно показаться беззащитной.

– И получить клинок в сердце, – я машинально провела пальцем по шраму на груди рядом с сердцем.

Наставник когда-то специально оставил его, чтобы я не забывала, чего может стоить доверие. А после я и сама не хотела его убирать. Он стал моим оберегом. Напоминанием. Предупреждением.

– Астрид, иногда ты пугаешь меня своими мыслями. Такое ощущение, будто ты и правда веришь, что весь мир – твой враг, – сказала Тиана уже без шутливого тона.

– Главное, чтобы ты не испугалась, когда осознаешь, что это правда, – с сухой усмешкой сказала я, завязывая шнуровку на корсете.

Взгляд в зеркало: алая туника с расклешенными рукавами стянута посередине чёрным корсетом. Свободные брюки клёш в тон тунике заправлены в сапоги, в каждый из которых спрятала по кинжалу. Волосы собрала в высокий хвост как обычно.