С чего вдруг я вспомнила о своем вузе? Я услышала слова «поставьте меня на ноги» и почему-то вспомнила фразу Вия «поднимите мне веки». Я защитила диплом по теме «Духовно-этические аспекты в творчестве Николая Васильевича Гоголя на примере повести «Вий»».

Коробков сумел вернуть мужчину в вертикальное положение. Я осведомилась:

– Что вы здесь делаете?

– Здрассти, – пробормотал он. – Вы, наверное, Лена, жена Ивана?

– Насчет «жены» ты не ошибся, – вместо меня ответил Коробков, – а вот с именем немного напутал. Перед тобой Татьяна Сергеева.

– Рад знакомству, – улыбнулся Котик. – У Сергея хороший вкус, он выбрал в супруги красавицу. А где Лена?

– У нас такой нет, – ответила я.

– Куда ж она подевалась? – заморгал гость. – Рина сказала: «Сейчас приедет жена Вани».

Димон невоспитанно показал на меня пальцем.

– Это она, Татьяна Сергеева. Почему ты решил, что Иван женат на Елене?

– У Сергея прекрасный вкус, – проигнорировал Котик вопрос. – Дорогая Лена, вы красавица.

– Перед тобой жена Вани, Татьяна Сергеева, – тоном учителя, который объясняет двоечнику, что в названии города «Москва» в первом слоге стоит гласная «о», а не «а», опять объявил Коробков.

– Я долго добирался, устал, хочется отдохнуть, – забормотал Котик, – поэтому шутка юмора до меня не доходит. Татьяна, жена Сергея, никак не может быть еще и женой Вани.

– «Сергеева» – моя фамилия, – улыбнулась я.

– Вот-вот, – кивнул Котик, – я уже понял.

Димон сделал глубокий вдох и на выдохе повторил:

– Котик, «Сергеева» – это фамилия.

– Не надо считать меня идиотом! – начал сердиться мужчина и показал рукой на кресло. – Вот эта кофта чья?

– Ивана, – ответил Коробков.

– Не по правилам русского языка говоришь, – поморщился наш собеседник. – Чья одежда? Не Ивана, а Ива́нова. Чья жена Татьяна? Серге́ева.

– Безупречная логика, – хмыкнул Коробок.

– Спасибо, знаю, – улыбнулся гость. – У меня отлично работает мозг.

– Ужин готов! – закричала Рина.

Котик, не говоря ни слова, помчался к двери и исчез в коридоре.

– Он нормальный? – спросила я у Димона.

– Вопрос, конечно, интересный, – усмехнулся Коробок. – Это с какой стороны посмотреть. Если с точки зрения психиатра, то да. А для простого человека Ихтиандр – полный и окончательный ку-ку.

– Ихтиандр? – переспросила я. – Так звали главного героя романа Александра Беляева «Человек-амфибия». Мне его произведения в школьные годы посоветовали в районной детской библиотеке. Прочитала с восторгом все книги этого автора. Котика так на самом деле зовут или ты сейчас пошутил?

– Я серьезен как никогда, – заверил меня Коробков. – Ихтиандр Кутузович Котик он, родной брат Ивана.

Я впала в полнейшее изумление.

– Ничего не знаю о дедушках и бабушках мужа, он о них не рассказывает. Один раз спросила Рину, та ответила: «Они все умерли до моего знакомства с мужем». Интересно, почему они ребенка назвали Никифором? Не самое распространенное было в советские годы имя. А теперь еще выясняется, что был какой-то Кутуз! И ведь это прямо эпатаж!

– Да нет, – пожал плечами Димон. – Не знаю, как сейчас, а в прежние годы разрешали придумывать отпрыску любое имечко. Например, Даздраперма – это сокращение от Да здравствует первое мая». Или называли просто «Революция». А у нас сейчас в работе Марсельеза Николаевна. Но родители Никифора ничего этакого не изобретали, а у него самого были сыновья Иван и Михаил.

– То есть наш гость – Михаил Никифорович? – растерялась я.

– Верно, – согласился Димон.

– А откуда взялся Ихтиандр Кутузович? – окончательно запуталась я.

– Иван – первенец, Михаил его намного младше.

Я удивилась. Нежданный гость выглядит старше моего мужа.

– Ваня рано начал работать с отцом, – говорил тем временем Димон, – позднее встал у руля объединения «Особые бригады». Михаил вечно сидел на шее у Рины, женился впервые на ведьме. Не подумай, что говорю про характер (хотя он у тетки оказался на редкость противный), баба ведьмой работала. Ну, всякие заговоры читала, обереги мастерила. Родители у нее – колдун и бабка-шептуха.

– Обалдеть.

– Погоди, еще не все знаешь. Милая невестка и младший сынок, уж не помню, сколько лет назад, приехали в гости к Рине – типа пришла пора всем подружиться. Вечером сели ужинать, Ирина Леонидовна расстаралась, накрыла стол. Свой фирменный компот сварила, а он никому не достался, потому что его Надежда Михайловна обожает, она вмиг три фужера осушила. И так ей плохо стало! Бровкину в больницу увезли, и доктора сразу скумекали: сильное отравление. Рина – прекрасный профессионал, она вмиг затеяла свое тихое расследование. Выяснилось, что жена Михаила решила отравить свекровь, бросила яд в компот, а его выпила Надежда. Хорошо, что Бровкину живо в медцентр увезли. Следующим на очереди в могилу стоял Иван. Кому достанется московская квартира и все-все-все?

– Жуть, – прошептала я, – брат решил лишить жизни брата…