– Кто ты нахрен такая? – цедит он сквозь зубы.

Я широко улыбаюсь и выдыхаю дым.

– Можешь звать меня «моя госпожа». Я не привередлива.

Что-то в нем буквально срывается с поводка. Он делает шаг вперед, но Кара уже вкладывает пистолет мне в руку. Раздается выстрел, и один из чуваков Вико падает на колени, зажав плечо рукой. Кровь хлещет сквозь его плацы, и я наставляю дуло на капо.

– Еще шаг, и следующая полетит тебе в голову. – в моем голосе больше нет прежней легкости и веселья, и Вико вряд ли его узнает, потому что в обычной жизни я говорю выше. – Не люблю, когда мне угрожают.

Ублюдок застывает на месте, дыша как бык перед атакой.

– Повторюсь, считайте меня Швейцарией. Нужна информация? Она имеет цену. Нужно кого-то устранить? Я пришлю вам свой прайс. Не будете лезть ко мне, и я оставлю вас в покое. Поверь,Вико, ты не захочешь видеть меня в гневе.

Он ничего не отвечает.

Секунду.

Две.

Затем молча, не сводя с меня глаз, кивает своим людям, и спустя мгновение они наконец-то покидают мой клуб. Но я знаю, что Вико еще вернется. Я его оскорбила, и теперь он захочет крови. Много крови.

Моя рука с пистолетом слегка дрожит, и я сжимаю оружие крепче, пока от этой неприятной встречи не остается только лужа крови на полу.

Ябыла к этому готова. Все здесь знали, во что ввязывались. Многие носят фальшивые парики, линзы и рисуют себе ненастоящие татуировки – все, лишь бы скрыть свою настоящую личность, чтобы их нельзя было узнать на улице или выследить.

Ради их безопасности я даже обустроила студии и квартиры этажами выше, чтобы не нужно было посреди ночи выходить наружу. Все это здание целиком и полностью принадлежит мне, и я просто так его не просру.

– Чего встали? – произношу легким, уверенным голосом и опускаю оружие. – Вытрите кровь, и кто-нибудь, пожалуйста, закройте, нахрен уже входную дверь.

10

Елена

Смотрю на себя в зеркало гардеробной и недовольно качаю головой. Сегодня кошмары были ярче, и мне удалось поспать от силы всего пару часов. Если бы не макияж, я бы выглядела чересчур уставшей для той, кто спит до обеда.

Поправляю пучок на затылке и платье, надеваю элегантные серьги и обручальное кольцо. Забавно, я думала, Сандро не станет его носить, но вот уже как три года он свое не снимает.

Порой я вообще не понимаю своего мужа.

Натянув черные туфли-лодочки, беру сумку и находу печатаю ответ Каре. Судя по всему, «Порок» попал на страницы одного крупного журнала. Пока читаю статью, спускаюсь вниз в столовую.

Прорыв года.

Лучшее шоу в городе.

Взгляд цепляется за отдельные слова, и в груди расцветает тепло. Этоя сделала. Я построила. Не как дочь Карлоса Эспасито и уж точно не как жена Сандро Ломбарди. Я сделала это как Елена.

На периферии замечаю движение и резко вскидываю голову.

– Твою мать. – выдыхаю, прикладывая руку к бешено колотящемуся сердцу.

Сандро сидит во главе стола в этом своем идеальном костюме-тройке.

Зеленые глаза обращены ко мне, одна бровь удивлено выгибается, когда он говорит:

– Никогда раньше не слышал, чтобы ты ругалась.

– Т-ты напугал меня. –возьми себя нахрен в руки. – Что ты здесь делаешь?

Теперь уголки его губ слегка подрагивают.

– Я здесь живу, Елена. Разве ты не знала?

Ох, ну шутник.

– Не знала, что тебе не чужд сарказм, это точно. – выпаливаю прежде, чем успеваю себя остановить.

Он моргает, а у меня, кажется, случается микро-инсульт. Щеки заливает паническая краска, но я каким-то чудом успеваю быстро реабилитироваться:

– Я имела в виду, – прочищаю горло. – Почему ты здесь в такой поздний час?

Бросаю взгляд на часы на своем запястье. Да, сейчас чуть больше одиннадцати. Обычно Сандро в семь уже на работе. У него довольно четкий распорядок дня, настолько, что я даже не проверяю камеры по утрам. Онникогда не меняет свои планы вот так спонтанно.

Что, нахрен, происходит?

– Что-то случилось? – добавляю с беспокойством в голосе, пока он продолжает изучать меня с довольно странным выражением лица.

– Просто я вчера поздно лег.

Ага, хрень эта собачья. Не имеет значения, во сколько он ложится, встает онвсегда в 5:30, после занимается в зале, завтракает и сваливает. Так что, повторюсь. Какого. Хрена?

– О. – все, что могу выдавить из себя, размышляя над тем, не стоит ли по-тихому уйти, позавтракаю позже, это явно какая-то ловушка. – В таком случае, я…

Успеваю сделать лишь шаг в сторону выхода, как он произносит, склонив голову набок:

– Ты разве не спустилась позавтракать? – указывает на тарелку омлета, которую мне уже поставили.

– Да, но не хочу тебе мешать.

– Кто сказал, что ты мешаешь?

Просто позволь мне уйти!

– Мы ведь никогда этого не делали.

– Чего не делали? Не завтракали? – в его зеленых глазах вспыхивает что-то вроде веселья.

Прекрасно, хотя бы один из нас наслаждается происходящим.